Рис. 96. Клеймо горшка из вщижского горна.
При расчистке горна обращало внимание постоянное нахождение днищ одного сосуда в другом, причем все горшки лежали днищами вверх. При склейке сосудов оказалось, что диаметры венчиков не позволяли ставить один горшок внутрь другого. Остается предположить, что горшки при обжиге ставились вверх дном и один на другой. Только при такой расстановке в два яруса и могли разместиться 25 горшков на площади горна. Нижний ряд горшков ставился не непосредственно на черень, а на специальные глиняные подставки, имевшие вид плоских палочек с загнутыми концами. Для каждого горшка требовалось не менее трех таких подставок. Верхний ряд надевался на нижний, вероятно, также с какими-нибудь прокладками, но проследить это при раскопках не удалось[722]. Ассортимент городских гончарных изделий был несравненно богаче, чем деревенских. Особенным разнообразием форм отличается керамика городов Среднего Приднепровья (рис. 97).
Рис. 97. Типы гончарных изделий XI–XIII вв.
Мы встречаем здесь:
1. Горшки обычные (разных размеров)
2. Горшки с ушком
3. Горшки и миски со специальными плотными крышками
4. Крынки (КРИНЪ)
5. Кувшины широкогорлые с одной или двумя ручками (КНЕЯ, КОМЪРОГЪ, ВРЪЧЬ)
6. Глиняные жбаны Ч(ЬБАНЪ)
7. Миски («МИСА», «ПЛОСКЫ»)
8. Миски с ручкой
9. Блюда «опаница»
10. Ковши (ЧЬРПАЛО), очень близкие к скифским.
11. Глиняные дорожные фонари оригинальной конструкции в виде кувшина с ручкой и глухим верхом; сбоку два отверстия: одно для свечи, другое для тяги.
12. Светильники с двумя ярусами плоских чаш (этот тип сохранился на Украине и поныне под названием «каганец»).
13. Глиняные рукомои-акваманилы.
14. Амфоры так называемого «киевского типа», близкие к салтовским и византийским. В Киеве назывались корчагами (КЪРЧАГА).
15. Небольшие сосуды с двумя ушками, подражающие корчагам. К ним применим древний термин — КЪРЧАЖЕЦЪ.
16. Голосники для зданий.
Особым разделом керамического искусства было производство игрушек. В Донецком городище обнаружена мастерская, в которой изготовлялись различные глиняные фигурки (бык, медведь, собака, птица, кошка, человек)[723].
Мастерская поливных глиняных игрушек была открыта А.В. Арциховским в Новгороде. Очень интересный набор глиняных фигурок дала территория Киева. В разных местах — ив старом городе и на Подоле — в слоях X–XII вв. найдены различные глиняные фигурки. Среди них можно встретить и птицу, и коня, и кентавра, но наиболее частым было изображение женщины в причудливом головном уборе, в широкой одежде с ребенком на руках[724].
Эти фигурки, имевшие, по всей вероятности, в X–XII вв. ритуальное значение богини-покровительницы дома (скифской Табиты), изготовлялись мастерами особенно тщательно. Лепка всего корпуса производилась вручную с заглаживанием поверхности водой, но голова женщины обязательно изготовлялась при помощи специального штампа, аналогичного типосам античных коропластов. На готовых изделиях можно заметить, как отдельно вылепленная головка прикреплялась к туловищу[725].
В Киеве был найден и самый «типос», сделанный из хорошей белой глины и обожженный. Мастерская, в которой изготовлялись эти фигурки, была расположена на Фроловской горе, в стороне от административного центра города[726].
Едва ли применение такого типоса существенно облегчало работу мастера; при той условной и сильно стилизованной манере, в которой исполнялись фигурки, вылепить головку от руки было, может быть, даже проще и скорее, чем оттискивать ее форму и особо прикреплять к туловищу. Возможно, что эта несколько неожиданная техника была вызвана не стремлением к увеличению массовости продукции, а сохранялась в силу традиции с очень раннего времени, когда мастера-борисфениты могли знакомиться с техникой античных коропластов, например, в Ольвии[727].
722
Обжиг сосудов горлом вниз, а дном вверх практиковался и римскими гончарами. —
724
Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что у этих фигурок наверху сохранялись ушки для подвешивания, а это уже сближает их с глубокой архаикой трипольской культуры, где фигурки подвешивающихся у входа женщин-богинь были обязательной принадлежностью каждого дома. Кстати и район распространения киевских фигурок целиком умещается в области трипольской культуры (Киев, Канев, Киевщина).
Думаю, что в X–XII вв. население Киева еще настолько прочно было привязано к своей тысячелетней земледельческой религии, к своим Родам и Рожаницам (тщетно бичуемым христианскими проповедниками), что в фигурах женщины с младенцем мы должны видеть именно богиню, ее священное изображение, а не детскую забаву.
В пользу ритуального назначения фигурок женщины можно сослаться на то, что в детских погребениях встречаются самые различные игрушки и свистульки, но женская фигурка не найдена ни разу.
726
727
«Типос» из Ольвии. Киевские коропласты X–XII вв. были не единственными ремесленниками, готовившими предметы языческого культа — существовала еще категория литейщиков, отливавших языческие амулеты (гребни, ложечки, топорики, коньки), широко расходившиеся по русским деревням в XI–XII вв.