Рис. 109. Вещи с перегородчатой эмалью.
Слева — золотой колт со сканным обрамлением (старая Рязань), справа — пластинка с оклада Мстиславова евангелия.
Более прочные следы древнейших перегородчатых эмалей мы находим в северо-восточной Руси: во Владимирском и Рязанском княжествах и в Галиче.
В Рязани они встречены дважды — в кладах 1822 и 1868 гг.; во Владимире также дважды — в кладах 1865 и 1896 гг. Есть они и на северной окраине Владимирской земли: в Ярославле, Костроме и в курганах близ Нерехты. Своеобразные эмали имеются в Галиче и на Днестре.
Производя сравнение Киева, Чернигова, Владимира и Рязани, с одной стороны, и Новгорода, Смоленска и Полоцка, с другой, мы должны быть очень осторожны. Как я старался показать выше, наличие кладов в первой группе городов объясняется нашествием Батыя; поэтому на основании отсутствия кладов в Новгороде или Смоленске нельзя еще заключить о полном отсутствии производства эмалей, находимых обычно в кладах.
Для проверки сопоставлю обе эти группы городов как с показаниями письменных источников, так и с данными производства поливной декоративной керамики, смежным с производством эмалей.
Ипатьевская летопись говорит, что Андрей Боголюбский церковь в своем замке украсил «златомъ и финиптомъ и всякою добродетелью» (курсив наш. — Б.Р.)[804]. Правда, при тесных связях с Киевом Андрей мог получить финифть оттуда, но, во всяком случае, это указание говорит о бытовании эмалей во Владимире.
Более определенно говорит Ипатьевская летопись о финифти в Галиче в эпоху Владимира Васильковича. Многочисленные эмалевые изделия рассылались этим князем не только по городам Галицкого княжества, но и в Чернигов, и в Киев, где эмальерное дело в это время было уже разгромлено татарами.
Производство облицовочной керамики с эмалевой поливой известно нам в Киеве, Белгороде, Вышгороде (т. е. в районе наибольшего распространения эмалей), Рязани, Владимире, Галиче и в Галицко-Волынском княжестве (Коложская церковь в Гродно). Таким образом, совпадение поливной керамики с перегородчатой эмалью полное.
Попробуем присмотреться к эмалевым вещам, найденным вне киевского круга кладов.
Черниговские эмали[805] очень близки к киевским; некоторым отличием является преобладание белого цвета в орнаменте.
Старорязанские эмали отличаются от киевских своеобразием формы украшаемых эмалью предметов (огромные колты, подвески-фонарики, нашивные кресты и т. д.) и отчасти цветной гаммой, в которой преобладают голубые тона[806] (рис. 109–110). Форма колтов настолько необычна для киевских древностей, что их следует считать местным рязанским изделием. Владимирские эмали известны нам по четырем колтам. Два из них (клад 1865 г.) не характерны и мало отличаются от киевско-черниговских как по форме, так и по рисунку, и по цвету эмали.
Рис. 110. Вещи с перегородчатой эмалью XI–XIII вв.
А — золотая подвеска из Старой Рязани; Б — серебряные нашивные бляшки.
Совершенно иную картину дает пара колтов из клада 1896 г.[807] Помимо своеобразного упрощенного рисунка, там можно усмотреть незначительную, но характерную деталь: если мастер напаивал золотую перегородку для изображения круглой точки, он обязательно оставлял у нее соединительную ленточку, связывающую ее с другой (внешней) кольцевой перегородкой. Это можно объяснить неумением мастера поставить крошечное золотое кольцо без дополнительной опоры.
К колтам клада 1896 г. чрезвычайно близок медный колт неизвестного происхождения из собрания ГИМ[808]. Совпадает не только рисунок, состоящий из семи круглых клейм, но и отмечаемая мною техническая деталь — соединительная ленточка у маленьких перегородок, нигде более не встречаемая.
Все сказанное об эмалях Рязани и Владимира позволяет считать эти города знакомыми с производством эмали в XII–XIII вв.
Галицкие эмали очень своеобразны. Золотой фон в них почти сплошь закрыт мелким эмалевым рисунком. Обычный для киевских изделий контраст гладкого золотого фона с сочными цветовыми пятнами эмали здесь заменен равномерной пестротой геометрического узора. Из всех русских эмалей галицкие выглядят наиболее поздними.