СТЕФАНЪ ПСЛЪ — (Новгород)[886]
БРАТИЛО ДѢЛАЛЪ — (Новгород)[887]
КОСТА ДѢЛАЛЪ — (Новгород)[888]
ЛАЗОРЬ БОГЪША — (Полоцк 1161 г.)[889]
МАКОСИМ — (Киев)[890]
КОСТЯНТИНЪ — (Вщиж)[891]
НКОДМ — (Киев?)[892]
Здесь можно было бы допустить, что Константин (Коста) новгородский — одно лицо с Константином вщижским, но для такого допущения нет никаких оснований, кроме хронологической близости[893].
Б. Вторым ориентирующим признаком могли бы быть клейма мастеров в X–XIII вв. Но клеймению подвергались только керамические изделия. Гончарные клейма являются чрезвычайно ценным и важным источником, но в отношении районов сбыта продукция гончаров дает мало.
В. Очень важно изучение различных мастерских и особенно находимых в них инструментов, предназначенных для массового выпуска продукции (штампы, литейные формы, матрицы).
Если среди готовой продукции удавалось найти вещи, бесспорно сделанные при помощи того или иного штампа или литейной формы, то картографирование этих находок давало наиболее интересные выводы, так как был известен не только ареал вещей, вышедших из рук одного мастера, но и самое местонахождение мастерской.
Г. В большинстве случаев приходилось оперировать лишь с одним из двух указанных элементов — была известна или только мастерская, или только продукция.
При изучении хозяйства племени радимичей мною был применен метод определения технологически обусловленного тождества вещей, который и дал возможность написать эту главу, посвященную районам сбыта продукции древнерусских мастерских[894].
Тождество вещей обусловлено технологическим процессом лишь тогда, когда мастер заранее рассчитывал на массовый выпуск продукции и применял такие инструменты, которые полностью или частично определяли единство всех выпускаемых изделий.
Естественно, что в кузнечном деле невозможно посредством ручной ковки получить абсолютно тождественные вещи. Каждый топор будет, хотя бы незначительно, отличаться от других, сделанных теми же руками, теми же инструментами. Для определения тождества пригодны вещи: 1) литые в литейных формах, 2) оттиснутые на штампах и матрицах, 3) орнаментированные пуансонами или зубчатым колесом.
По отношению к некоторым видам изделий возможно применение дактилоскопического анализа (напр., глиняные сосуды и медные вещи, литые по восковой модели).
Д. В тех случаях, когда предполагаемый район производства вещей строго ограничен областью распространения сырья, район сбыта определяется картографированием находок из данного материала.
Е. Применение широкого картографирования различных типов вещей позволило выявить ряд таких предметов, которые имеют значительную территорию распространения, сходны (но не тождественны) между собой и в то же время не подчинены племенным границам. Для большинства таких вещей удавалось определить только район сбыта, а центр производства зачастую оставался неизвестным.
Ж. В тех случаях, когда район сбыта перерастал не только племенные границы, но и общие границы Киевского государства, во внимание принимались — тип вещи, стилистические и технические особенности, а также русские надписи, независимо от их содержания.
Комбинируя все указанные приемы исследования, из археологического материала можно извлечь ряд данных как о сельских ремесленниках, так и о городских мастерах.
1. Районы сбыта продукции деревенских ремесленников
Изучение районов сбыта сельских ремесленников, казалось бы, естественнее всего было начать с гончаров, так как именно их продукция помечена клеймами. Для этой цели мною был составлен каталог всех восточнославянских гончарных клейм[895].
Клейм, одинаковых по начертанию рисунка, оказалось множество. Особенно часто встречен рисунок клейма в виде круга со вписанным в него крестом. Если бы принять эти клейма за знак определенной мастерской, то всю Восточную Европу и значительную часть Центральной Европы следовало бы рассматривать как сферу торгового влияния этой мастерской, действовавшей на протяжении нескольких столетий.
Обращение непосредственно к самим клеймам убедило в том, что совпадение рисунка отнюдь не означает тождества клейм. Во всей массе русских гончарных клейм оказались лишь три группы, относительно которых можно было говорить о тождестве:
886
893
Для XV в. Ю.Н. Дмитриев пытался установить тождество мастера Ивана, изготовившего в 1435 г. новгородский панагиар, с мастером Иваном Фоминым, изготовившим троице-сергиевский потир 1449 г., но, как я доказываю ниже, он не обратил внимания на совершенно различное правописание и произношение обоих Иванов: новгородское — у одного, и московское — у другого.