Молодежь, в первые ряды на трудовой фронт!
После обсуждения планов на ближайшие дни в связи с предстоящими полевыми работами, поспорив о политике и войне, ребята приняли резолюцию, что они не посрамят звания комсомольца, оправдают высокое доверие партии.
На собрании были и некомсомольцы, скромно сидевшие в задних рядах. И Федор Михайлович с удовлетворением отметил, с каким интересом и нескрываемым восхищением слушали они секретаря. Человек пять, дождавшись конца собрания, подошли к столу президиума и попросили записать их в комсомол.
Встречался он с чоновцами, юными бойцами частей особого назначения, состоящих, как правило, из молодых коммунистов и комсомольцев. Он был уверен: эти ребята не подведут.
Не так давно он был в подполье, руководил армейской разведкой на Дону, и ему нередко приходилось поражаться смелости и находчивости совсем еще юных комсомольцев. Он хорошо помнил, какую неоценимую услугу оказывали эти ребята красному командованию. Особенно врезалась в память Армавирская подпольная группа, в которую входили молодые коммунисты и комсомольцы. В нее входили русские, армяне, азербайджанцы, люди, объединенные одной целью — помочь Красной Армии разгромить Деникина. Во главе группы стояла двадцатилетняя Роза Каспарова.
Район действия этой группы был необычайно широк — Екатеринодар, Новороссийск, Туапсе, Ростов-на-Дону, Пятигорск. Юные подпольщики проникали в штабы белых, через Ростов держали постоянную связь с командованием Южного фронта. Они организовали взрыв двух тоннелей под Новороссийском, захватили бронепоезда «Чернецов» и «Единая Россия» — в их команды удалось внедрить своих людей. Ростовское подполье получало для Южного фронта исключительно ценные сведения о военном и экономическом потенциале белых. Пленный деникинский генштабист позже показал, что материалы, собранные группой и переданные красным, содержали точнейшие данные чрезвычайной стратегической важности. Когда в июле 1919 года деникинская контрразведка выследила группу и арестовала 52 человека, никто не выдал товарищей. Они погибли, не сказав ни слова белым палачам...
Шли дни, недели, в штабах армии кипела работа по подготовке генерального наступления на Крым. Но обстановка на освобожденной от врага территории все же оставалась довольно сложной.
Федор Михайлович все больше убеждался в том, что белые что-то готовят. Арестовано несколько офицеров, неизвестно с какими целями пробиравшихся в Ростов. Захвачено несколько тщательно замаскированных арсеналов с оружием в Ростове и станицах. Зявкин хорошо понимал, что это неспроста. Надвигаются, видно, новые тревожные события. И он не ошибся.
Июльским днем 1920 года он получил срочную шифровку. В ней сообщалось, что в районе Кривой Косы, что недалеко от станицы Ново-Николаевской, высадился хорошо вооруженный врангелевский десант под командованием полковника Назарова. Десант был многочислен. Рассчитывая на помощь кулаков и богатого казачества, Назаров намеревался захватить Таганрог, часть Приазовья, развернув затем наступление на Донбасс и Украину.
«Теперь можно бесспорно ожидать оживления вражеских подпольных групп», — с тревогой подумал Федор Михайлович и приказал срочно собрать совещание.
1 августа 1920 года Кавказское бюро ЦК РКП (б) телеграфировало В. И. Ленину, Центральному Комитету РКП (б) и ВЧК об активизации сил контрреволюции.
«Кубань вся охвачена восстаниями. Действуют отряды, руководимые единой рукой — врангелевской агентурой... В Донской обл. относительно спокойнее, но... (видимо, пропущено слово «десант») полковника Назарова показывает настроение на Дону: оживление и усиление деятельности отрядов, обрастающих зелеными...
В случае неликвидации Врангеля в течение короткого времени мы рискуем временно лишиться Северного Кавказа.
Начавшая налаживаться работа дезорганизована... гурты скота угоняются бандами. Под ударом Черноморское побережье... В интересах сохранения Северного Кавказа бюро настаивает на необходимости: 1) коротким ударом покончить с Врангелем, поставить эту (задачу) Кавфронту... 2) усиливать Северный Кавказ ответственными работниками.
Еще раз обращаем внимание на чрезвычайную серьезность положения»[3].
Молодая республика напрягала все силы, чтобы выстоять, не потерять Кавказ и Крым.
В первых числах октября В. И. Ленин телеграфировал РВС Первой Конной армии:
«Крайне важно изо всех сил ускорить передвижение вашей Армии на Южфронт. Прошу принять для этого все меры, не останавливаясь перед героическими. Телеграфируйте, что именно делаете.