Это был след? Или просто иллюзия?
Вскоре — когда? слухи были очень противоречивыми — раздался телефонный звонок: «Меня зовут Джорджио, я знаю, где находится Тереза. Я скоро с вами свяжусь». И потом еще один: «Я Джорджио, мы свяжемся с вами через несколько часов, чтобы попросить выкуп за Терезу. Девочка в порядке». На заднем плане послышался голос: мама! Голос Терезы или другого ребенка?
— Да, — сказали родители.
— Вы уверены?
К сожалению, нет. Но этот парень, Джорджио, больше не выходил на связь, а полиция заявила, что, как ни печально, им не удалось отследить номер, с которого поступали звонки. Люди ждали, не отрываясь от газет, от телевизоров, от Интернета, где сообщали новости, правдивые и лживые; от социальных сетей, от видео, от теорий об исчезновении.
Она больше не была маленькой Терезой, принадлежавшей своей матери. Она больше не была даже нашей Терезой — нашей лпя жителей двора. Она была «наша Терезина» — никто в семье и во дворе ее так не называл, — наша для всего города, для всего региона, для всей страны, наша для всего мира.
«Что делал консьерж, когда девочка исчезла? Что, если чудовище — это он?» СМИ вернулись в прошлое и перебрали все случаи, когда убийцей оказывался консьерж. «Что, если он — серийный педофил? Что, если он продал Терезу, намереваясь подзаработать?» СМИ требовали, чтобы сотрудники правоохранительных органов проверили банковский счет, доходы, расходы Вито.
А так ли безупречны жильцы «Римского сада»? Знаменитый актер и его жена: «Сколько гнили в мире шоу-бизнеса? Уж мы-то знаем». Пожилая француженка: «Она приехала в Италию, чтобы сбежать от неспокойного прошлого?» Беременная женщина и ее муж: «Беременные могут быть святыми или демонами во плоти. Могла ли ее обуять жажда убийства?» Карло: «Почему подросток так много времени проводил с детьми, особенно с Терезой?» Семья Сенигаллиа: «Под личинами борьбы за экологию и здорового образа жизни прячутся двое убийц?» Франческа и Массимо: «Они приехали последними и, конечно, не были так уж сильно привязаны к нашей Терези-не. Что, если это их рук дело?»
Поток репортажей в СМИ и сплетен не прекращался.
«Терезина исчезла, когда шла к дедушке. Этот человек что-то знает, но не говорит? Доверенные источники сообщают об огромных долгах, которые этот субъект скопил за всю жизнь».
Неужели долги на самом деле существовали? И старик знал что-то, но не говорил? Правда ли, что карабинеры часами допрашивали его, пока он был в больнице, поскольку его версия развития событий выглядела неубедительной? И после выписки дедушка Терезы затаил обиду на полицию? Действительно ли, ощущая себя виноватым из-за того, что он говорил по телефону и не проверил, вошла ли его внучка в квартиру целой и невредимой, старик вскрыл себе вены, но помощь прибыла вовремя и его спасли? СМИ наперебой утверждали: да, это святая истина, а еще у него был инсульт, он неизлечимо болен, у него всегда было железное здоровье, он бывший солдат, он участвовал в протестах 1968 года[18], он фашист, он коммунист, он из секретной службы, он непогрешим, прожил безупречную жизнь и даже штрафа ни разу не получил!
Марика переехала к родителям. По слухам, она сделала это, потому что не могла спать в доме, куда не вернулась ее дочь. «Как она может находиться под одной крышей с отцом, хотя это он виноват в том, что Терезина исчезла? Как себя чувствует эта женщина? Она его сообщница?» В соцсетях, по телевизору, на улице — люди говорили, обвиняли, защищали, спорили.
Отец Терезы, Джулио, продолжил управлять своим магазином. Иногда он ночевал у себя дома, иногда у родителей Марики, с женой. Ходили слухи, тайком выбалтывались секреты, и часто люди, упоминая Терезину, плакали. «Что, если на самом деле виновен ее отец? Что, если он что-то сделал с Терезиной? Почему этот мужчина сразу вернулся к работе, если он так расстроен исчезновением дочери?»
В любое время дня и ночи звучали обвиняющие, защищающие, вопрошающие голоса.
«Что, если это была Марика? Вам не кажется, что эта женщина больше хочет засветиться на экране, чем отыскать Терезину? Это далеко не первый случай, когда мать убивает дочь». А потом всегда упоминали Франзони и ее домик в Конье[19].
18
В феврале 1968 года радикалы-студенты римского университета Ла Сапиенца начали протест против университетской реформы, что закончилось захватом университетских зданий и масштабными столкновениями с полицией, известными как «битва Валле Джулия».
19
«Дело Конье» — убийство трехлетней Самуэле Лоренци, происшедшее 30 января 2002 года в доме ее родителей в г. Конье, регион Валле-д’Аоста. Смерть наступила в результате удара по голове, орудие убийства так и не было найдено. Виновной в убийстве была признана мать девочки, Анна Мария Франзони. Суд приговорил ее к 30 годам заключения, позже срок был сокращен до 16 лет. Дело получило широкий общественный резонанс.