35. Представляется вполне правомерным мнение В.В. Иванова и В.Н. Топорова о связи духа дома именно с Велесом. Они считают, что некоторые обряды, относящиеся к Домовому, раньше были связаны с Велесом/Волосом, а с исчезновением Его культа были перенесены на Домового. «Косвенным доводом в пользу этого допущения служит поверье, по которому замужняя женщина "засветившая волосом" (показавшая свои волосы чужому), вызывала гнев домового — ср. данные о связи Велеса (Волоса) с поверьями о волосах»[214].
36. Другой персонаж, который во многом является производным от Велеса/Волоса, — это Леший (дух-хозяин леса и зверей). Его местожительство — лес, особенно дремучая чаща, откуда он изредка выходит в поле. Его трудно увидеть, но зато можно услышать: он любит хохотать, аукаться, хлопать в ладоши, свистеть. Лесное эхо означает, что «откликается Леший». Иногда можно увидеть Лешего: он может предстать в человеческом облике, иногда прикинется даже простым мужиком. Леший может быть одет в звериную шкуру, иногда предстаёт со звериными атрибутами — рогами, копытами. В других местах описывают лешего как голого волосатого старика. Чаще указывают на другую особенность Леших — рост: «...если они ходят по травам, то становятся малы наподобие травки; если же они гуляли в лесу, то ростом своим доставали вершины деревьев»[215].
37. Леший может предстать и в зверином облике: волка, зайца, поросёнка, жеребца, красного петуха, филина; может появиться и в виде гриба. Поэтому в заклинании, которое должно произноситься при встрече с Лешим, говорится: «Дядя Леший, покажись не серым волком, не чёрным вороном, не елью жаровою — покажись таковым, каков я»[216].
38. Как мы уже отмечали, Леший воспринимался Хозяином леса. Он стережёт лес, зверей, птиц. Леший не позволяет рубить свои любимые деревья. Ему не нравится, когда кто-нибудь долго остаётся в лесу.
39. Леший, как и Домовой, — один из немногих мифологических персонажей, представления о котором довольно устойчиво и широко были распространены ещё в XIX в., и даже в наше время. У великорусов и белорусов он мог носить также имена Лешак, Лесовик, Лесник, Лесной, Лисун, Перелесник, Царь Лесной, Боровик, Моховик, в Олонецкой губернии его звали Лес или Лес Праведный, известны также эвфемистические прозвища: Мужичок, Хозяин, Вольный Гаркун[217].
40. В тех местностях, где есть большие леса, устанавливается некоторая иерархия лесных духов, помимо простых Леших там есть командующий над ними Лесной Царь (Хозяин зверей и птиц), с которым заключают договор пастухи и который в эпоху двоеверия стал приобретать признаки чёрта. Образ Лесного Царя не может изначально не быть связанным с образом Велеса/Волоса — Великого Бога, победить Которого не под силу ни христианству, ни каким-либо иным человеческим заблуждениям...
Слава Роду!
[2008]
Велес/Волос и Тёмные Боги Славян (По материалам авторов XVIII–XIX вв.)
Предисловие
К нижеприведённым авторам нужно было бы присовокупить и выдержки из «АБеВеГи русских суеверий...» Михаила Дмитриевича Чулкова, однако, его труд недавно был переиздан[218] и в настоящее время доступен широкому кругу читателей.
Выдержки из «Краткого описания древняго Славенскаго языческаго баснословия...» Михаила Ивановича Попова, набранные мною собственноручно с имеющегося у меня подлинника, переиздаются, насколько мне известно, впервые после более чем двухвекового забвения.
Некоторые взгляды данных авторов могут казаться нам ныне несколько устаревшими, во многом неточными и в чём-то по-детски наивными, но в пору их написания и издания они являлись одними из немногих общедоступных (по тем временам) свидетельств о Древней Вере Славян.
1. Попов Михаил Иванович
(1742 – ок. 1790, по др. данным 1781)[219]
ВЕЛЕС или ВОЛОС. Славенский Бог, начальствующий над скотами, по Перуне первый. Несомненно имел храм в Киеве, и в других Российских городах, хотя точно о сем не объявляется.
ВОЛХВ или ВОЛХОВЕЦ. По объявлению Новгородскаго летописца, был он сын Князя Славена, пришедшаго в Северную Россию, и построившего во имя свое город Славенск. Сей молодый Князь был великий чародей, и для того прозван Волхвом. Превращаяся в крокодила, плавал он по реке Мутной, прозвавшейся по нем Волховым, и пожирал людей, производя чудесныя действия силою своего чародеяния; или лучше сказать, разбойничал он по сей реке, и грабил всех попадающихся ему, по обычаю того времени; и в рукомесле сем видно был весьма искусен и удал, по чему может быть и прослыл колдуном; как то и ныне простые люди мечтают о хитрых разбойниках. Тогдашние язычники почли его Богом; однакож сего новаго Бога, повествует тот же летописец, задавили на конец черти. Почитатели онаго погребли его на берегу Волхова, отправили ему великолепную Тризну; а над могилою его, по тогдашнему обычаю, насыпали великий бугор, который потом провалился, и ямины тоя, говорит летописатель, и поднесь еще видны остатки; а мне кажется так, что бугор его разрыли люди, надеясь в нем сыскать богатую добычу, с каковою обыкновенно тогда знатные погребались.
216
218
219
По изд.: Досуги, или собрание сочинений и переводов Михаила Попова. Ч. I. С-Пб., 1772. В данное издание автор включил «Краткое описание древняго Славенскаго языческаго баснословия, собранного из разных Писателей, снабденнаго примечаниями, и в азбучный порядок приведеннаго; Издание второе, с поправлением и умножением перваго» (Первое изд.: