Очень любил Некрасов крестьянских ребятишек. О детях писал он чудесные стихи, некоторые из них вы прочтёте в этой книге. И, вероятно, когда писал он эти стихи, не раз вспоминались ему маленькие друзья его детства.
Некрасов верил в их «славный путь», видел в них светлое будущее своей родины и знал, что настанет время, когда русский народ «проснётся, исполненный сил», и засияет для него солнце свободы. И он говорил: «Важно только одно: любить народ, родину, служить им сердцем и душою».
Зелёный Шум
Идёт-гудёт Зелёный Шум[62],Зелёный Шум, весенний шум!
Играючи, расходитсяВдруг ветер верховой:Качнёт кусты ольховые,Подымет пыль цветочную,Как облако: всё зелено,И воздух, и вода!
Идёт-гудёт Зелёный Шум,Зелёный Шум, весенний шум!
Как молоком облитые,Стоят сады вишнёвые,Тихохонько шумят;Пригреты тёплым солнышком,Шумят повеселелыеСосновые леса;А рядом новой зеленьюЛепечут песню новуюИ липа бледнолистая,И белая берёзонькаС зелёною косой!Шумит тростинка малая,Шумит высокий клён...Шумят они по-новому,По-новому, весеннему...
Идёт-гудёт Зелёный Шум,Зелёный Шум, весенний шум!
* * *
Зажгло грозою дерево,А было соловьиноеНа дереве гнездо.Горит и стонет дерево,Горят и стонут птенчики:«Ой, матушка! где ты?А ты бы нас походила,Пока не оперились мы:Как крылья отрастим,В долины, в рощи тихиеМы сами улетим!»Дотла сгорело дерево,Дотла сгорели птенчики,
Тут прилетела мать.Ни дерева... ни гнёздышка...Ни птенчиков!.. Поёт-зовёт...Поёт, рыдает, кружится,Так быстро, быстро кружится,Что крылышки свистят!..Настала ночь, весь мир затих,Одна рыдала пташечка,Да мёртвых не докликаласьДо белого утра!..
Крестьянские дети
Ух, жарко!.. До полдня грибы собирали.Вот из лесу вышли — навстречу как разСинеющей лентой, извилистой, длинной,Река луговая: спрыгнули гурьбой,И русых головок над речкой пустынной,Что белых грибов на полянке лесной!Река огласилась и смехом, и воем:Тут драка — не драка, игра — не игра...А солнце палит их полуденным зноем.Домой, ребятишки! обедать пора.Вернулись. У каждого полно лукошко.А сколько рассказов! Попался косой,Поймали ежа, заблудились немножкоИ видели волка... у, страшный какой!Ежу предлагают и мух, и козявок,Корней молочко ему отдал своё —Не пьёт! отступились...
Кто ловит пиявокНа лаве[63], где матка колотит бельё,Кто нянчит сестрёнку, двухлетнюю Глашку,Кто тащит на пожню[64] ведёрко кваску,А тот, подвязавши под горло рубашку,Таинственно что-то чертит по песку;Та в лужу забилась, а эта с обновой:Сплела себе славный венок,Всё беленький, жёлтенький, бледно-лиловый,Да изредка красный цветок.Те спят на припёке, те пляшут вприсядку.Вот девочка ловит лукошком лошадку[65]Поймала, вскочила и едет на ней.И ей ли, под солнечным зноем рождённойИ в фартуке с поля домой принесённой,Бояться смиренной лошадки своей?..
Грибная пора отойти не успела,Гляди — уж чернёхоньки губы у всех,Набили оскому: черница[66] поспела!А там и малина, брусника, орех!Ребяческий крик, повторяемый эхом,С утра и до ночи гремит по лесам.Испугана пеньем, ауканьем, смехом,Взлетит ли тетеря, закокав птенцам,Зайчонок ли вскочит — содом[67], суматоха!Вот старый глухарь с облинялым крыломВ кусту завозился... ну, бедному плохо!Живого в деревню тащат с торжеством...