Лучшие чувства генерала были оскорблены, и он придумал для адъютанта очень суровое наказание — не разговаривал с ним целый месяц и не обещал больше присутствовать после войны на его свадьбе.
— Ну, а как на это реагировал командующий фронтом? — уточнил Рокоссовский, сдерживая смех.
— Говорят, он наградил генерала медалью «За отвагу» и молча уехал.
После хорошего отдыха Рокоссовский вновь окунулся в повседневные дела Северной группы войск. Особенно много хлопот ему доставила подготовка к совместным учениям наших войск и соединений польской армии.
События менялись одно за другим, и время летело незаметно. Рокоссовский никогда не думал, что Ада поступит в институт с первого захода. Его опасения имели под собой почву. Большие перерывы в учебе, разные школы не давали больших надежд для успешной сдачи экзаменов. Оказалось, что он не знал как следует свою дочь — Ада получила приличные оценки на экзаменах и уже учится на втором курсе института. На радость родителям французский язык дается ей легко и по остальным предметам она учится хорошо.
Юлия Петровна разрывалась теперь между мужем и дочерью — она то жила некоторое время в Легнице, то улетала в Москву. Эта челночная жизнь порядком надоела ей, и она мечтала о том, чтобы мужа скорее перевели в столицу.
К счастью, Рокоссовский сказал по секрету, что в 1949 году ее мечта сбудется.
Уже в июне 1948 года было принято решение о перемещении части войск, подчиненных маршалу Рокоссовскому, на территорию Советского Союза. Маршал потихоньку готовил к передаче в распоряжение Войска Польского казармы, военно-учебные заведения, полигоны, а также разное военное имущество и сельскохозяйственные объекты.
Рокоссовский кроме управления войсками занимался и некоторыми общественно полезными делами.
Летом 1948 года в Польше, в городе Вроцлаве, проходил Всемирный конгресс деятелей культуры в защиту мира. В Советскую группу войск приехали некоторые из участников конгресса — Александр Фадеев, Михаил Шолохов и академик Тарле[64].
С академиком Тарле Рокоссовский общался несколько вечеров подряд. Чем больше говорил академик с маршалом о Наполеоне, Кутузове, особенно о причинах наших неудач в начале войны с немцами и некоторых стратегических просчетах в планировании операций, тем он пристальней смотрел на него и изумлялся его эрудиции.
— Поверьте мне, не знал я, не знал! — воскликнул Тарле. — Мне нравится ваше мнение о прошедшей войне. Ей-богу, не знал! Просто ушам своим не верю. Я говорил со многими военачальниками — все дуют в одну официальную дуду. Ваши мысли оригинальны.
— Ничего особенного в них нет, — сказал Рокоссовский. — Свои взгляды на причины нашего поражения на первом этапе войны в июле 44-го я откровенно высказал Сталину.
— Вы — Сталину? — удивился академик. — Невероятная новость.
— Евгений Викторович, наш спор с ним во время войны — не редкость. И в этом ничего невероятного я не вижу.
— Нет, голубчик, нет! Глотать все готовое, что в рот кладут, закатывать глаза и только двигать кадыком — это не по-научному. В споре, в споре, голубчик, рождается истина.
Более двух суток гостили в войсках писатели Фадеев и Шолохов. Если с Шолоховым было проще, хотя он часто был навеселе, то с Фадеевым пришлось изрядно повозиться. Рокоссовский и политработники досадовали, что его пригласили.
Фадеев почти не выходил из гостиницы, во взгляде отсутствовал интерес к окружающему миру. Мрачный, осунувшийся, он ходил из угла в угол по номеру, иногда подолгу стоял у окна.
Когда была объявлена встреча с известными писателями, пришел один Шолохов. Он сидел на сцене за столом, курил одну сигарету за одной и непринужденно вел беседу о том, как он писал «Тихий Дон», о его героях, о минувшей войне и о своей книге «Они сражались за Родину».
Вдруг появился на сцене с грозно нахмуренными бровями, болезненно-пронзительным взглядом, едва держащийся на ногах Фадеев. Он плюхнулся на стул рядом с Шолоховым и, облокотившись на стол, устремил взгляд в одну точку поверх голов солдат, офицеров и их семей.
Когда генерал, который вел встречу, предоставил слово известному писателю, первому секретарю Союза писателей СССР, Фадеев, не поднимаясь с места, неуверенным языком произнес:
64
Тарле Евгений Викторович (1875–1955), советский историк, академик АН СССР, Окончил историко-филологический факультет Киевского университета, С 1917 профессор Петроградского, а затем Ленинградского и Московского университетов. Автор многих научных трудов по всеобщей и русской истории, в т. ч. военной, — «Нашествие Наполеона на Россию, 1812 год», «Русский флот и военная политика Петра Первого», «Крымская война», а также о М. М. Кутузове, Наполеоне, Ф. Ф. Ушакове, П. С. Нахимове и др. Лауреат Государственной премии СССР (1942,1943,1946).