Бинки плавно затормозила и остановилась, переступая с копыта на копыто.
Девушки, видимо, лишившись дара речи, молча таращились на Сьюзен.
– А так и должно быть? – наконец спросила Нефрита.
– В чем дело? – удивилась Сьюзен. – Никогда не видели, как прыгает лошадь?
– Видели, – произнесла Глория медленно и осторожно, как будто боялась, что от звука ее голоса вселенная вдруг возьмет да и разлетится на мелкие кусочки. – Но все дело в том, что лошади обычно опускаются на землю.
Сьюзен посмотрела вниз.
Бинки висела в воздухе.
Какой приказ следует отдать, чтобы лошадь снова вошла в контакт с землей? До сих пор в подобных командах общество любителей верховой езды не нуждалось.
Словно уловив мысли девушки, лошадь начала плавно опускаться. На мгновение ее копыта погрузились в землю, словно земная твердь была не более плотной, чем туман, но затем, как будто поразмыслив немного, Бинки наконец определила верный уровень и решила остановиться на нем.
Первой обрела дар речи Сара Благост.
– Мы все расска-а-ажем госпоже Ноно, – пообещала она дрожащим голосом.
Сьюзен была порядком ошеломлена – она, можно сказать, впервые в жизни испытала настоящий страх, – но абсолютная глупость высказанных Сарой слов мгновенно вернула ей нечто похожее на прежнее благоразумие.
– Правда? – язвительно осведомилась Сьюзен. – И что же, интересно, вы ей расскажете?
– Ты заста-а-авила лошадь прыгнуть, а потом… – Девушка резко замолчала.
– Вот-вот, – кивнула Сьюзен. – По-моему, летающие лошади не та вещь, о которой стоит всем рассказывать.
– И все равно та-а-акое поведение нарушает правила школы, – пробормотала Сара.
Сьюзен завела белую лошадь в свободный денник и начала чистить ее бока скребком. В кормушке с сеном что-то громко зашуршало, Сьюзен показалось, что там мелькнула белая кость.
– Крысы поганые, – вернулась в реальный мир Кассандра. – Развелись тут. Но госпожа Ноно уже приказала садовнику разложить по конюшне яд, я сама слышала.
– Сколько хорошей еды пропадет, – грустно отозвалась Глория.
Тут, похоже, в мозгу Сары зародилась какая-то мысль.
– Послу-у-ушайте! – вдруг воскликнула она. – Не могла же эта лошадь висеть в воздухе! Лошади ведь так не умеют!
– Стало быть, нам всем померещилось, – ответила Сьюзен.
– Она просто зависла, – сказала Глория. – Вот и все. Как в баскетболе[6]. Ничего другого и быть не могло.
– Да.
– Так все и было.
– Да.
Человеческий разум обладает уникальной способностью к восстановлению. Разуму троллей и гномов свойственна та же черта. Сьюзен удивленно смотрела на своих подруг. Висящую в воздухе лошадь видели все без исключения, но эти воспоминания тут же были тщательно спрятаны в самых далеких глубинах подсознания, а ключ в замке сломан.
– Кстати, – сказала она, не сводя глаз с кормушки, – никто из вас не знает, в этом городе есть волшебник?
– Я придумал, где мы будем играть! – радостно сообщил Золто.
– Где? – спросил Лава.
Золто рассказал.
– В «Залатанном Барабане»? – переспросил Лава. – Но там же топорами кидаются.
– Зато мы будем в полной безопасности. Члены Гильдии туда не суются.
– Да, конечно, потому что Гильдия теряет там своих членов. Вернее, их члены теряют там свои члены.
– Мы получим пять долларов, – сказал Золто.
Тролль замялся.
– Пять долларов мне совсем не помешают, – согласился он.
– Третья часть от пяти долларов, – поправил его Золто.
Лава нахмурился.
– Это больше или меньше пяти долларов?
– Послушайте, нас хоть заметят! – воскликнул Золто.
– А я не хочу, чтобы меня заметили в «Барабане», – упорствовал Лава. – Совсем не хочу. Оказавшись там, лучше спрятаться за что-нибудь и носа не высовывать – если хочешь покинуть этот трактир живым.
– Нам нужно что-нибудь сыграть, – не сдавался Золто. – Что угодно. А новый владелец трактира без ума от всяческих развлечений.
– У них, кажется, был однорукий бандит.
– Да, но его арестовали.
Одной из основных достопримечательностей Щеботана были цветочные часы. И часы эти были особенными.
Все лишенные воображения городские власти во всей множественной вселенной сооружают цветочные часы согласно простому принципу: берут громадный часовой механизм, маскируют его пошлой клумбой, а цифры высаживают миленькими цветочками[7].
6
До прискорбного случая с топором Глория была капитаном школьной баскетбольной команды. Гномы не отличаются высоким ростом, но при необходимости способны развивать невообразимую скорость. Игроки противоположной команды переживали настоящий шок при виде Глории, набирающей вертикальное ускорение к баскетбольному кольцу.
7
Или кристаллами метана. Или актиниями. Принцип один и тот же. В любом случае очень скоро эти часы оказываются погребенными под местными эквивалентами пивных банок и упаковок от гамбургеров.