Роман о Розе

13825 Он удивится: "Вот так ревность! —
Мою она не ценит верность.
Она ревнива, как Вулкан,
Кто посадил жену в капкан!" —
[178] Венеру с Марсом он застал
13830 И церемониться не стал,
Когда те двое улеглись,
Игрой любовной увлеклись. —
Вулкан на них накинул сети
И прекратил забавы эти!
13835 (Их были сплетены тела.)
Венера так и обмерла:
Как только их Вулкан поймал,
Богов он всех туда созвал.
Хотя Венере было стыдно,
13840 Вулкану — за себя обидно, —
Теперь узнали боги все
И о Венериной красе:
Все ею боги любовались,
И меж собой они смеялись,
13845 Что так Вулкан наивен был,
Коль думал, что один ей мил.
Но, всё ж, Венеры поведенье
Не может вызвать удивленья:
Лицо Вулкана ведь черно, —
13850 Углём испачкано оно,
И руки не чисты, и шея, —
Конечно, всех кузнец чернее!
(И будь он, как Авессалом[179]. —
Она не думала б о нём;
13855 И будь настолько он пригож,
Что и с самим Парисом схож, —
Она ему бы изменяла:
Жене всегда супруга мало!!)
В свободе люди рождены,
13860 Но знать закон они должны:
Порядок общий соблюдать,
Свою природу укрощать.
Ведь у Природы нет закона
Производить для Робишона
13865 Марьетту: всякая жена
Для многих сразу создана.
И Робишон не для Марьетты,
Не для Агнессы иль Перетты:
Природой создан он для всех,
13870 А не для этих иль для тех.
Всегда мудра была Природа, —
И всем дарована свобода.
Хоть брак людьми был учреждён,
Чтоб помешал распутству он,
13875 Порядок жизни чтоб придать,
Детей совместно воспитать, —
Сынок, все девушки и дамы
В защите нрав своих упрямы:
Они порой на всё идут,
13880 Пока свободу не найдут.
Жить по закону не умеют, —
К природной воле тяготеют.
Из-за красавиц белый свет
Узнал уже немало бед.
13885 Примеров сотни есть тому,
Перечислять их ни к чему:
Бытует это и сейчас,
И будет бытовать средь нас.
О всём мужчины забывают,
13890 Когда красавицу встречают:
Стремятся ею обладать,
У всех других отвоевать.
Но лишь добьются своего,
Как пыла больше нет того.
13895 Пока в свободе люди жили
И брак ещё не учредили, —
Могли друг друга убивать,
Па произвол судьбы бросать
Детей, мужчины дам бросали, —
13900 За долю их не отвечали.
Гораций был весьма учён:
Послушайте, что пишет он.
Хоть слово грубое тут есть, —
Не стыдно это вслух прочесть:
13905 Его велик авторитет,
В его словах неправды нет.
[180]Елена первой не была, —
Пришло от женщин много зла:
Войны причиной было место[181],
13910 Что всем мужчинам интересно.
Остались неизвестны те,
Что погибали на войне:
Они в анналы не попали, —
О них потомки не узнали.
13915 Покуда существует свет,
В нём мира не было и нет:
Соперники за женщин бьются,
С телами души расстаются.
Природа ведь всегда сильна, —
13920 Над всеми верх берёт она.
О том же, что Природа может, —
Узнать Вам мой рассказ поможет.
Лишь стоит птичку нам схватить
В лесу и в клетку посадить, —
13925 Как песни запоёт она,
В тюрьме своей заключена,
И нам покажется, что ей
В неволе стало веселей.
На самом деле дикой птице
13930 Спокойно в клетке не сидится.
Когда же мы ей корм даём, —
Она мечтает о своём:
О том, чтоб ей летать везде
И о лесной своей еде.
13935 Ведь ей свобода лишь нужна,
А жизнь в неволе ей скучна:
Бедняга, мечется по клетке —
О, если б ей сидеть на ветке!
Ей только щель бы где найти,
13940 Но нет оттуда ей пути.
Из клетки выпорхнуть бы ей
И в рощу улететь скорей!
Любая дама, словно птица,
На волю из тенет стремится:
13945 Её природное чутьё
К свободе лишь влечёт её.
Как только в "клетку" попадёт, —
Освобожденья снова ждёт;
Пока ж оттуда нет дороги, —
13950 Живёт в печали и тревоге.
На волю рвётся и монах:
Как рыба мечется в сетях.
Сначала мир он покидает,
Потом — повеситься мечтает.
13955 И горем так своим убит,
Что он и плачет, и кричит;
И каждый день его сознанье
Одно лишь мучает желанье:
Уйти бы из постылых стен,
13960 Покинуть ненавистный плен!
Костюм нас не переродит,
Желаний в нас не истребит:
Монах, — как рыба в верше, бьётся
И на свободу снова рвётся.
13965 Но если рыба только раз
Проникнет в вершу через лаз, —
Назад не выплывет она,
На гибель лишь обречена.
Другие же, увидев рыбку,
13970 Допустят эту же ошибку.
Заметив вкусную еду,
Они проникнут в вершу ту:
За кругом проплывая круг,
Отверстие увидят вдруг...

178

Изложено по книге Овидия "Наука любви" ( II, 561 — 600).

179

Авессалом — в Ветхом Завете сын Давида и Маахи. Был красивейшим из сынов Иуды, отличался своими длинными волосами, о которых тщательно заботился.

180

Гораций, "Сатиры" ( 1, III, 107 - 110).

181

У Горация употреблено латинское слово "cunnus", обозначающее женский половой орган.