Роман о Розе

И честь приносит в жизни им,
И лишь мученья шлёт другим.
Пусть отнимает все дары,
5910 Как правила её игры
Велят, — а ты не унывай,
Себя в обиду не давай.
Чтоб быть тебе сильней неё, —
Старанье нужно лишь твоё!
5915 Тот мысли глупые питает,
Кто за богиню почитает
Фортуну. Будь уверен в том,
Что не в раю Фортуны дом:
Она не знает этой чести.
5920 Живёт она в проклятом месте.
[55]Над океанской глубиной
С её кипящею волной
Средь шумного потока вод
Скала высокая встаёт.
5925 Кругом вздымается вода
И плещут волны. Иногда
Волна скалу совсем скрывает,
Морскою пеной покрывает.
Когда ж потоки отойдут,
5930 Ей выглянуть на свет дадут, —
То, показавшись на минуту
В ручьях, — она вздыхает будто.
В природе постоянства нет:
Скала меняет форму, цвет,
5935 Для пасмурных и ясных дней
Одежды разные у ней.
Когда Зефир по морю мчится, —
Она спешит принарядиться
Травою и зажечь цветы,
5940 Как звёзды, дивной красоты.
Когда ж подует хладный бриз, —
Все стебельки наклонит вниз,
И все цветки он поморозит,
Как будто бы мечом покосит:
5945 Едва бутоны расцветут,
Как в холоде все опадут.
Деревья — все там необычны,
По виду своему — различны.
Одно — бесплодно, на другом —
5950 Плоды в лесу чудесном том.
Одни листвою там шумят,
Другие — голые стоят.
Одни растенья зелены,
Другие — листьев лишены.
5955 Одни — лишь только зацветают,
С других — цветы уж опадают.
Иные к небу вознеслись,
Иные — наклонились вниз.
Лишь на одном набухли почки,
5960 Как на другом уже цветочки.
Трава гигантскою растёт,
А кедр — как карлик и урод.
Растений множество таких,
Что взяли формы у других.
5965 Там лавра чахнет красота,
И каждого его листа
Коснулась порча; и оливы
Не зеленеют горделиво,
А сохнут. Ива — хоть скромна —
5970 Там вся в цвету стоит она!
Там каждый куст с соседним схож,
А вяз — на виноград похож.
Там редко пенье соловьев,
А чаще — крик хохлатых сов:
5975 Во тьме он людям зло пророчит
И напугать как будто хочет.
Из двух истоков две реки,
И широки, и глубоки,
И формой разные, и цветом
5980 Бегут в лесу зимой и летом.
Вода в одной сладка, как мёд,
И радость пьющему даёт.
Но кто испить её хотел,
Остановиться не умел.
5985 И пусть не удалось напиться, —
С рекою не хотел проститься:
Не мог оставить он её,
Вкушая сладкое питьё!
Но пить сильнее лишь хотелось,
5990 И насладиться не терпелось,
И вкусом нежным опьянён,
Всё больше увлекался он.
Но сколько бы ни выпил влаги, —
От этой непомерной тяги
5995 Он становился как больной,
Охвачен жаждою одной.
И пить уж больше он не мог,
По совершал еще глоток,
И пагубное увлеченье
6000 Несло болезни и мученья.
Та речка будто бы поёт:
В весёлом плеске издаёт
Журчанья мелодичный звон, —
Нежней, чем колокольчик, он!
6005 Где слышно, как вода в ней льётся, —
Там сердце радостнее бьётся
И в реку хочется войти.
Один, увидев на пути
Поток, — купаться устремится,
6010 Скорей желая погрузиться,
Но плыть не сможет: лишь войдёт, —
Как заколдованный, замрёт.
Вкусив того потока сладость,
В душе он испытает радость
6015 И будет думать лишь о том,
Как искупаться целиком.
Другому реку ты представь,
Как тут же пустится он вплавь,
И далеко по воле вод
6020 Его тотчас же унесёт.
Но, погрузившись в наслажденье.
Он испытает сожаленье,
Увидев, что катит волна
И к берегу несёт она.
6025 Второй поток — иной природы:
У той реки сернисты воды,
Она черна, как дымоход
И резкий запах издаёт.
Покрыта пеною река,
6030 На вкус вода её горька.
Несётся, с итумом низвергаясь,
По дну из камня кувыркаясь.
Не музыкален этот звон,
И с громом схож по силе он.
6035 Зефир не дует у реки,
И вод волненья глубоки.
С ней ветер северный враждует,
И видно, как он негодует:
Всю воду возмутил до дна,
6040 И за волной бежит волна.
Их ветер северный кидает,
Со дна, как горы, поднимает.
И, сталкивая меж собой,
Их забавляется игрой.
6045 На берегу стенают люди.
Что облегченья им не будет:
В реке купаться той нельзя, —
Вода отравлена в ней вся.
Вздыхают в горе день и ночь,
6050 Им слёз остановить невмочь.