— Джентльмен просил нас сохранить эту информацию в тайне, мадам. Мы должны уважать его просьбу.
— Но это хотя бы мужчина?
Профессиональная улыбка.
— Да.
— А нельзя ли связаться с ним через вас?
— Да, уверен, что это вполне возможно. Чем еще могу быть полезен, мадам?
— У вас есть еще какие-нибудь его вещи?
— Насколько мне известно, только эти серьги, авторучка и брелок для ключей. — Он продемонстрировал мне ничем не примечательную ручку, а потом достал небольшой золотой брелок для ключей выполненный в виде женской головки в профиль: профиль Ленны Роудс.
Когда я входила в магазин, звякнул колокольчик. Майкл был занят с покупателем, но, увидев меня, улыбнулся и знаком дал понять, что скоро освободится. Он открыл свой магазин под названием «ПЕРО» почти сразу после окончания колледжа, и с самого начала дела у него пошли весьма успешно. Авторучки вообще довольно капризные, не прощающие равнодушия создания, требующие постоянного внимания и большого терпения. Но в то же время они исполнены шика и элегантности Старого Света: есть в пользовании ими приятная неторопливость, доставляющая владельцу лишь одно удовольствие, а именно возможность наблюдать, как на сухой бумаге остается влажный блестящий чернильный след. Клиентами «ПЕРА» были люди и богатые, и не очень, но всех их отличал одинаковый охотничий блеск в глазах и неодолимое желание приумножить свою коллекцию очередным редким экземпляром. Обычно, раза два в месяц, когда Майкл не справлялся в одиночку, я ему помогала. Так я постепенно прониклась симпатией к этим старинным вещицам из позолоченного бакелита и даже полюбила их.
— Привет, Джульетта! Представляешь, сегодня утром заходил Роджер Пейтон и купил-таки тот желтый «Паркер-Дуофолд»[34]. Ну, помнишь, тот, на который он столько месяцев облизывался?
— Наконец-то. Неужели за полную стоимость?
Майкл улыбнулся и потупился.
— Сама же знаешь, Роджу отвалить такую сумму целиком не по плечу. Я разрешил ему платить частями. Что с тобой?
— Ты когда-нибудь слышал о ручке «Дикси»? Она немного похожа на «Картье-Сантос».
— «Дикси»? Нет. Говоришь, похожа на «Сантос»? — По выражению его лица было сразу ясно, что он не врет.
Я вытащила прихваченный в ювелирном магазине проспект и, открыв его на нужной фотографии, показала Майклу. Он отреагировал мгновенно.
— Ах, мерзавец! Ну что мне с ним делать?
— Так ты его знаешь?
Майкл наконец отвел взгляд от фотографии, на лице его боролись гнев и бессилие.
— Знаю ли я его? Еще бы, отлично знаю. И знаю я его так хорошо потому, что он живет в моем чертовом доме. Значит, говоришь, Дикси, да? Что ж, неплохое имечко. Да и человек хороший.
Секундочку, Джульетта. Сейчас я тебе кое-что покажу. Просто постой. Не двигайся. Вот засранец!
В «ПЕРЕ» на стене за прилавком висит зеркало. Когда Майкл скрылся в подсобке, я взглянула на свое отражение и сказала:
— Ну вот, ты и добилась своего.
Он вернулся почти сразу.
— Если хочешь полюбоваться действительно красивой вещью, взгляни на это. — Он протянул мне синюю бархатную коробочку. Я открыла ее и увидела… авторучку «Дикси».
— Но ведь ты же сказал, что никогда о них не слышал?
Он громко и с обидой воскликнул:
— Да никакая это не «Дикси». Это — «Синбад». Подлинный золотой «Синбад». Изготовлен на фабрике авторучек Бенджамина Суайра в немецком городе Констанц[35] примерно в 1915 году. Поговаривают, будто дизайн принадлежит итальянскому футуристу Антонио Сант-Элиа[36], хотя никаких достоверных тому доказательств так и не обнаружено. Красивая штучка, да?
Штучка и впрямь была красивой, но он был настолько рассержен, что окажись даже это и не так, я все равно не осмелилась бы ему перечить. Я согласно кивнула.
Он снова взял ее в руки.
— Я занимаюсь ручками двадцать лет, но за все эти годы таких видел всего две или три штуки. Коллекционная стоимость? Около семи тысяч долларов. Но, как я уже сказал, их просто не найти.
— А у этих — из «Дикси» — не будет неприятностей из-за того, что они ее скопировали?
— Нет, наверняка оригинал и эти новые ручки имеют небольшие различия. Дай-ка мне еще разок посмотреть проспект.
— Слушай, Майкл, но ведь у тебя-то все равно оригинал. И стоит он ничуть не меньше чем раньше.
— Дело не в этом. Дело не в цене. Да и вообще я бы никогда не стал это продавать.
34
36
Сант-Элиа, Антонио (1888–1916) — итальянский архитектор и дизайнер. Отрицание старого и апология техники сблизили его с футуризмом, а утопический проект «города будущего» оказал влияние на архитектуру XX века.