— Каллен, ты такая всезнайка. Давай-ка глянем на твою ладонь.
Перед моим мысленным взором промелькнули рондуанские сцены, и я замялась.
— Ну хватит, Каллен. Я же не прошу тебя раздеться. Дай мне посмотреть твою ладонь, я хочу знать, что тебя ждет.
Насколько я знала, левая ладонь отражает то, что в человеке заложено, а правая — то, как эти задатки удалось проявить. Я никак не могла решить, которая из них меня скорее выдаст и какую показать.
— Да нет, правую. Ну-ка, посмотрим.
После моих снов я бы не удивилась, подскочи он на полметра в воздух при первом же взгляде на мою руку. Однако ничего подобного — Элиот лишь помял подушечки моих пальцев, затем перевернул ладонь и изучил тыльную сторону. И так несколько раз.
— Что ж, дорогуша, боюсь, с точки зрения хиромантии ничего интересного. Тут сказано, что ты будешь счастлива в браке, с детьми тоже все будет хорошо и ты меня переживешь.
— Элиот, ты что, серьезно веришь во все эти оккультные штуки?
Он мог и не отвечать — таким красноречивым было его лицо.
— Безусловно, Каллен. Я слишком много повидал, чтобы не верить.
— Тогда обещаешь никому не говорить, если я тебе кое-что расскажу? Особенно Дэнни?
— Честное благородное, миссис Джеймс!
Я набрала полную грудь воздуха и четвертый раз за год принялась рассказывать о Рондуа.
Пока я говорила, Элиот жевал нижнюю губу и разглядывал ногти, но я-то знала, что он внимательно слушает.
— И Дэнни обо всем знает?
— Кроме последних частей. Про гонщика и Алвина Вильямса я ему тоже не рассказывала. Он и раньше очень волновался, думал, у меня что-то с головой.
— Но врачи говорят, что все в порядке? Да они все недоумки и ничего не понимают! Я как-то ходил к психиатру, который сказал, что мне станет значительно лучше, если я перекрашу квартиру в зеленый цвет.
— Нет, они оба заявили, что такой идеальный порядок снов не совсем нормален… но ничего серьезного.
Немного погодя нам пришлось прервать обсуждение, поскольку Мей проснулась и стала жаловаться. Но вечером Элиот позвонил и сказал, что говорил со своей знакомой, которая держит книжный магазин. Знакомая эта очень любила Дорис Лессинг[34] и когда-то в разговоре с Элиотом упомянула одно обстоятельство, которое теперь всплыло у него в памяти.
— Каллен, у тебя действительно что-то с головой, но ты не так уж и оригинальна. Эта моя знакомая, Элизабет Добель, говорит, что у Дорис Лессинг тоже были, как она их называет, «многосерийные сны». Вот, послушай, это из лондонского интервью Дорис: «Мне снились многосерийные сны. Нет, не обязательно со сквозным сюжетом. Но я точно знала, что это одна и та же область у меня в голове… Нет, не как фильм, который заканчивается в определенном месте или определенным событием. Для моих снов характерно единство пейзажа, действующих лиц — но главное, одно и то же ощущение, одна атмосфера».
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Все было так знакомо.
— Да, Элиот, очень похоже, но все-таки не совсем. — Оглядевшись, я убедилась, что Дэнни в пределах слышимости нет. — При чем тут тогда Алвин Вильямc и этот гонщик?
— Да при том, что они часть твоей-жизни, глупая! Каллен, готов прозакладывать миллион, что у Дорис Лессинг тоже есть свой Алвин Вильямc. Все мы заимствуем из яви какие-то детали и вставляем в свои сны, обычно со всякими искажениями. А вы с Дорис — хорошая пара. Спокойной ночи, миссис Норман Бейтс[35]. Привет супругу.
⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Однажды рано утром мы поднялись на сыпучий гребень и в миле-двух перед собой увидели широкую мощеную дорогу, которая простиралась до самого горизонта.
Я сидела на высоком горбе Марцио и прижимала к себе Пепси. Рядом стоял мистер Трейси, наши трости были заткнуты за ленту на тулье его исполинской шляпы.
— Мистер Трейси, мне должна быть знакома эта дорога?
— Не думаю, Каллен. Ее проложили уже после тебя. Это все Машины с равнины, сами по себе. Ни с того ни с сего начали строить дорогу и не остановились, пока не пересекли весь остров из конца в конец. Никто из нас не знает, зачем она, но по ней можно путешествовать вдвое быстрее. Если захочешь когда-нибудь навестить Джеки Биллоуз в Переговорных банях, иди по дороге и дойдешь на неделю раньше, чем рассчитывала.
— И кто-нибудь здесь ходит?
34
Дорис Лессинг (р. 1919) — видная английская писательница; родилась в Иране, росла на ферме в Южной Родезии (Зимбабве); в Англии — с 1949 г. Многие ее произведения, как реалистические, так и с элементами фантастики, написаны под явным влиянием суфийской мистики. Лауреат Нобелевской премии по литературе 2007 г.
35
Норман Бейтс — маньяк-убийца в знаменитом триллере Альфреда Хичкока «Психоз» (1960) по одноименному роману Роберта Блоха; эту роль исполняет Энтони Перкинс.