Но если вы сами никогда не видели северного сияния, я могу описать его только так. Представьте себе, чем мне показались эти огни, когда я открыла глаза и увидела их в первый раз за тот день, когда я едва оправилась от захлестнувшей меня боли и на мгновение подняла взгляд на лицо мальчика, в которого была по уши влюблена. Это было ощущение самого настоящего ниспосланного мне свыше чуда, которое останется со мной до конца дней.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Часть вторая
Мой такой талантливый затылок
⠀⠀ ⠀⠀
До сих пор этот новый город казался мне недоступным, и странный, непреклонный пейзаж оставался темным, как будто меня не было вовсе. Даже ближайшим ко мне вещам было безразлично, понимаю я их или нет.
Когда раздался звонок в дверь, я как раз танцевал с уборщицей.
— Ладно, Гарри, я сама открою. А то тебя того гляди, кондрашка хватит.
Фрэнсис Плейс скользила по полу моей гостиной, как пантера на подшипниках: никаких движущихся частей видно не было — просто одно мгновение она еще здесь, а потом — ррраз! — и она уже совсем в другом месте, а вам остается только гадать, как она ухитрилась это сделать.
Как и Люсия, очаровательная парковщица из отеля «Уэствуд-Мьюз», Фрэнсис отправилась в Голливуд за славой, но в конце концов, чтобы перебиться между случайными выступлениями в качестве танцовщицы, ей пришлось заняться уборкой квартир. Уборщица из нее была так себе, но за те несколько месяцев, что мы были знакомы, она успела научить меня таким замечательным танцам, как «Лезвие бритвы» и «Лошадиная шея». С моей точки зрения, это вполне окупало оставшуюся под кроватью пыль или таинственную корочку чего-то давным-давно засохшего на полочке кухонного шкафчика. И Фанни, и Клэр были абсолютно уверены, что мы с Фрэнсис не только танцуем, но еще и отплясываем горизонтальную румбу, но они ошибались. Думаю, в глубине души я просто подсознательно побаивался оказаться с ней в постели, учитывая то, как она двигалась и в жизни, и на подмостках. Ведь одно землетрясение меня уже поимело.
— Привет, Фрэнсис. Гарри дома?
— Привет, Фанни. Какая чудная стрижка. Да, он в гостиной.
В дверях, сгибаясь под тяжестью огромного, чуть меньше ее самой, чемодана появилась Фанни, стриженная под «тин-тина».
— Боже, Гарри, чем ты тут занимался? Вид у тебя совершенно задолбанный. — Она бросила на Фрэнсис испепеляющий взгляд.
— Привет, Тинтин[55]. Это мы просто немного потанцевали. Фрэнсис показывала мне, как танцуют «Испуганного цыпленка».
— Могу себе представить. Ну, ты собрался? Через два часа мы должны быть в аэропорту.
Я указал в угол, где с нетерпением ожидала отбытия моя небольшая черная сумка.
— Что у тебя там такое? Три флакона одеколона, что ли? А все остальное ты собираешься прикупить в Сару?
— Понимаешь, Фанни, между женщинами и мужчинами есть два существенных отличия: почти все женщины предпочитают сексу хождение по магазинам и всегда берут с собой в дорогу абсолютно все, независимо от того, куда и на сколько они уезжают.
— Это самая большая глупость, которую я слышала за неделю.
Фрэнсис отвесила глубокий поклон.
— Зато я иногда действительно предпочитаю магазины сексу.
— Вот видишь! А теперь, Фанни, взгляни на свой чемоданище. Уверяю тебя, я совершенно прав.
— Гарри, но ведь сначала мы окажемся в Австрии, где холодно. Потом отправимся в Сару, где жарко. Так что кое-какая одежка вовсе не помешает.
— Верно, но вся моя одежда обезвожена и хранится в крошечных вакуумных упаковках. Когда мне что-нибудь нужно, я просто капаю в пакетик немного воды и вещь снова увеличивается до нормальных размеров.
— Ладно, короче, я сейчас приму душ, и можем ехать.
Кумпол, по своему обыкновению, валялся на полу в ванной. Я всегда считал, что ему нравится, как прохладный кафель холодит живот. И он был единственным известным мне псом, который любил купаться. Когда у него бывало настроение, он частенько отправлялся вместе со мной в душ и стоял под струей с закрытыми глазами, пока вода пропитывала его шерсть.
— А ты собрал свои шмотки, псина? — Я включил воду и теперь стоял, глядя на сверкающие струйки и вспоминая о том, что как-то раз сказала Клэр после того, как мы занимались с ней любовью. Я спросил ее, на что это было похоже. Не задумываясь ни на секунду, она ответила: «На ночной водопад».
55
Тинтин — знаменитый французский комикс приключенческо-юмористического жанра (заглавный персонаж имеет определенное сходство с бойскаутом). Выпускался бельгийским художником Эрже (наст, имя Жорж Реми, 1907–1983) с 1929 г. и породил массу продолжений, в т. ч. в мультипликации и кинематографе, а суммарный тираж превысил 25 миллионов экземпляров. Два любопытных факта. Первый сборник приключений Тинтина имел название «Тинтин в Стране Советов» (1930). Эрже был известен правыми взглядами и после войны обвинялся — скорее, все же безосновательно — в коллаборационизме; обвинение основывалось на том, что в период оккупации в одном эпизоде комикса (возможно, в нескольких) отрицательными персонажами выступали евреи.