Наибольший интерес представляют печатные выступления тех, кто, как представляется, располагал достаточно полной информацией о розенкрейцерском движении или даже сам участвовал в нем, знал его изнутри. Обычно именно такие загадочные личности прибегали к псевдонимам. В дальнейшем я намерена сосредоточиться на розенкрейцерских публикациях последнего типа, отобрав те, что кажутся наиболее значительными, — чтобы узнать, если это возможно, что-то новое о движении от людей, с ним знакомых. Я сознательно оставляю без внимания безбрежный поток сочинений «аутсайдеров» — ясно, что эти не знали ничего, кроме сведений, извлеченных ими из самих манифестов.
Теофил Швайгхардт[236] опубликовал в 1618 г., не указав ни места издания, ни имени издателя, труд под следующим заглавием: «Зерцало Мудрости Розо-Крестовой, Сиречь Новейшее Откровение о Коллегии и аксиомах весьма просвещенного Братства Христова Креста Розы»[237]. Перед нами типичный образец розенкрейцерского заглавия, написанного на характерной смеси латинского и немецкого языков. В этой работе Теофил Швайгхардт (под псевдонимом вполне может скрываться некто Даниэль Меглинг, или автор, называвший себя «Флорентином Валенсийским», или даже сам Андреэ) восторженно отзывается о «пансофии» Братства и трех направлениях его деятельности: 1) божественно-магическом, 2) физическом, или «химическом» и 3) «трижды триеди-триедином», или религиозно-кафолическом. Он рассказывает, что розенкрейцерские Братья веруют в «божественного Илию» (намек на Парацельса и его пророчество о пришествии Илии), имеют свои «коллегии» с большими библиотеками и особенно почитают труды Фомы Кемпийского[238], находя в этих творениях христианского мистического благочестия подлинные «магналии»[239], окончательное объяснение тайны взаимосвязи макро- и микрокосма[240].
«Зерцало» — типичный образец публикаций такого рода — написано в духе «пансофической» философии макрокосма и микрокосма, впитавшей в себя традиции магии, каббалы и алхимии, придающей большое значение просветительской и научной деятельности, профетической по своей направленности и отличающейся строгим пиетизмом.
Хранящийся в Британском музее экземпляр «Зерцала» переплетен в один том с очень любопытной подборкой гравюр и рисунков. Одно из этих изображений имеет прямое отношение к розенкрейцерскому «Откровению». Мне известна другая копия той же гравюры[241], так что, надо думать, гравюра издавалась и сама по себе, независимо от «Зерцала».
На гравюре (см. илл. перед гл. VII) мы видим какое-то странное здание, а над ним — надпись со словами Collegium Fraternitatis[242] и Fama[243], а также дату: 1618 г. На стене здания, по обеим сторонам от двери, — роза и крест. Исходя из этого, можно предположить, что перед нами — изображение Незримой Коллегии розенкрейцерской Братии. Крылатое имя Иеговы заставляет вспомнить еще один важнейший розенкрейцерский символ — слова, завершающие «Откровение»: «Под сенью крыл Твоих, Иегова». В небесах, по правую и по левую руку от крылатого Имени Божия, изображены Змееносец и Лебедь, каждый со своею звездой. Это явный намек на «новые звезды» в созвездиях Змееносца и Лебедя, упоминаемые в «Исповедании» как знамения грядущей новой эпохи.
Длань, простирающаяся из облака, окутывающего Божественное Имя, удерживает здание как бы на некоей нити, само же строение имеет пару крыл, да еще и водружено на колеса. Означает ли это, что крылатая, передвижная Коллегия Братства Креста Розы пребывает, подобно Утопии, в Нигде, оставаясь невидимой именно потому, что не существует в буквальном смысле? Коллегию Креста Розы защищают три персонажа[244], занимающих ее угловые башни. На их щитах начертано Имя Божие, и они потрясают каким-то оружием (?), напоминающим птичьи перья. Не являются ли эти персонажи ангелами, охраняющими тех, кто пребывает «в тени крыл»?
Из одной стены здания выдвинута труба, под которой читаются инициалы C.R.F., означающие, вероятно, Christian Rosencreutz Frater («Брат Христиан Розенкрейц») — о нем и возглашали «трубы» манифестов. Из другой стены тянется рука, сжимающая меч, и рядом обозначение: «Юл. Кемпийский». Юлиан Кемпийский упоминается в «Зерцале», а его послание в защиту розенкрейцерской Братии было опубликовано в одном томе с манифестами в кассельском издании 1616 г. Возможно, поэтому на нашей гравюре именно он размахивает мечом, защищая от врагов Незримую Коллегию. Подле руки на стене выписаны слова: Jesus nobis omnia («Иисус для нас — все»); этот девиз упоминался в «Откровении», и, кроме того, он заключает в себе одну из главных идей «Зерцала»: истинный путь к постижению тайны макро- и микрокосма ведет через «подражание» Христ — понимаемое в духе учения Фомы Кемпийского. Вокруг здания изображено несколько пар крыл, одна из них подписана инициалами T.S., возможно, подразумевающими Теофила Швайгхардта, предполагаемого автора «Зерцала».
237
Speculum Sophicum Rhodo-Stauroticum, Das ist: Weitläuffige Entdekkung deß Collegii unnd axiomatum von der sondern erleuchten Fratemitet Christ-Rosen-Creutz. — Прим. ред.
238
Фома Кемпийский (1379/80-1471) — мистик, основатель движения «современного благочестия» (devotio moderna); наиболее известным его сочинением (сейчас оно иногда приписывается другим авторам) является книга «О подражании Христу» (De imitatione Christi). — Прим. ред.
241
Британский музей, Отдел гравюр, Зарубежная история, 1618, № 1871.12.9.4766. Бен Джонсон, ссылающийся на эту гравюру (см. ниже, с. 261–262), определенно видел ее в томе с «Зерцалом» Швайгхардта.