— Э… м… Я тоже, — внезапно осенило Гаура. Всё-таки постарался сесть. Нгдаси торопливо схватил за плечи и принудил снова лечь.
— Куда! Тебе ещё тут поваляться придётся. Итак с разбегу себя самым здоровым посчитал. Лежи уже. Времени у меня нет за тобой гоняться. Много кого надо лечить. Вот-вот Кири придёт. Он за тобой присмотрит.
— Он же не услышит, если понадобится. А сидеть нос в нос — тяжеловато, — недовольно пробурчал в ответ.
— Кири слышит не хуже тебя. Он немой, но не глухой. Меня позвать сможет. Не волнуйся.
— Чувствую себя немощным стариком… Мерзко… Я и по нужде не встану такой, кажется… Унизительно… Это надолго? — хрипло признался, глянув навстречу Соулу.
— Думаю, недели на две. Но это полностью. Встанешь раньше, конечно. А вообще… Посмотрим. Очень слаб. Есть надо больше — ты буквально выжат досуха. Я принесу. Кири покормит. Руки ещё не работают, смотрю? Ничего… Пройдёт, — столь заботливый говор Нгдаси явно конфузит. — Отдыхай.
Взгляд споткнулся о левую ладонь пациента, лежавшую развёрнутой к свету. Старый рубец чуть поблёскивает[20].
— Ты уже вдовец? Такой молодой…
— Нет. Я не вдовец! — чересчур резко вскинулся пациент.
— Ох, прости! Просто… Здесь же безопаснее, чем на болотах. Почему не привёз сюда тогда? — ночной бред не согласовывается с непредвиденным заявлением. Бешенство исказило черты Гаура. Не выносит, когда лезут в душу.
— Потому что не знаю, где она. Но среди трупов в Дайиме её точно не было. Не было! — словно бы убеждает сам себя, а под злым выражением таится откровенный страх. Собеседник виновато пробормотал:
— Всё. Извини. Вопросов больше не будет. Не моё дело!
— Не твоё! — грубо согласился больной. Его пристальный взгляд снова исполнился жестокости, которую открыл в тренировочном зале недавно. Однако нынче уже не смог испугать.
— Тебе бы не стоило в другой раз говорить с Ланакэном, как при первой встрече. В чём-то вы с ним похожи. Он тоже потерял жену при нападении григстанов. Правда, потерял совсем. Лично я предал костру остатки их застолья. Это было чудовищно, — осмелился попросить хозяин жилища.
— Тогда почему он спит с григстанской самкой? Как он может?! — прокричал в ответ Тин, не в силах принять настолько несопоставимый поступок.
— Сложно объяснить. Мне тоже не нравится. Но… я не хотел бы, чтобы мой друг снова пережил боль утраты, — произнёс, словно бы предупредил, Соул, холодно изучая слабого оппонента, а потом улыбнулся, смягчившись. До сердца рождённого в Дайиме явно не достучался. Да это сейчас и невозможно.
Кири принёс настойку и помог напиться, а сам встревоженно глянул на приёмного отца. В его тёмных глазищах тревога.
— Не бойся. Он тебя не тронет. Смотри, чтобы жар не начался. Хорошо? — беззвучный кивок в ответ. Малыш безгранично доверяет опекуну, привык уже к искренней заботе о себе. Он уже напоминает обычного подростка, только не говорит. И с удовольствием вкладывает все силы в посильное служение человеку, подарившему умиротворение. Даже в случае, если это выглядит на первый взгляд самому небезопасным. Надо признать, он умеет очень много такого, чем реально выручает в уходе за пациентами. У своего прежнего хозяина выполнял всю грязную работу когда-то. С возрастом там никто считаться не собирался. Здесь жить стало настолько легко, что остаётся куча досуга.
Глава 34
НОВЫЙ УРОВЕНЬ ДОСТИЖИМОГО
Ланакэн пришёл в зал тренировок, когда они обычно собирались вместе. Соул ещё очень занят с ранеными. А потому остаётся слабая надежда поговорить с Растом. Вскоре тот действительно неуверенно забрёл и остановился в паре шагов от тренировочных мечей. Осилзский нерешительно приблизился.
— Мне уйти? Я… буду мешать?
— Нет. Я мог бы тогда и в другое время зайти, — не слишком уверенно ответил Флет.
— Ладно. Прости ещё раз! Я не осознавал тогда происходящее… Я очень виноват…
— Забыли, ладно, — отмахнулся друг и вдруг попросил: — В качестве извинения помоги найти нормальную замену моему оружию. Ты же мне его разбил.
— Конечно! — облегчённо вздохнул наследник Аюту. — Позанимаемся?
— Сомневаюсь, что многое смогу… Сегодня лучше отдельно. Плечо ещё не зажило, а правая едва слушается… Соул говорит — всего лишь ушиб. Пройдёт. Но неприятно… мешает. А ещё надо к новому вооружению привыкать. Слышал, Тин стал буквально легендой?
— Ага. Едва выжил, но скоро встанет. Нгдаси к нему прямо привязаться успел. Говорит, будто сильно удивился, когда понял суть дебошира. Надеюсь, он прав. Как встанет, думаю присоединится к нашим занятиям.
20
Во время брачной церемонии надрезается кожа на всех линиях ладони (у мужчины — на левой руке, у женщины — на правой) и заносится специальный порошок, фактически превращающий царапину в примитивную татуировку.