Выбрать главу

– Не нужно шума! – продолжил скулить толстяк, обращаясь к Роду Лану.

– Да, – пробормотал «венценосный». – Ланкорус, Ланкорус… – он повелительным тоном обратился к работникам клуба: – Отпустите всех и пошли вон! Мы так развлекаемся… Видите: жертв нет, увечий тоже. Я не в претензии…

Постепенно порядок восстанавливался. Солдаты заправляли форму, телохранители массировали вывихнутые десантниками руки, работники клуба принесли новый стол и убрали битую посуду.

– Ты до меня дотронулся! – окатив растерянного сержанта ледяной колкостью своего взгляда, напомнил 947-му Род Лан. – И я не могу тебя убить, чтобы не уронить собственного достоинства. Что будем делать?

– В каком смысле? – не понял 947.

– Моя честь запачкана, безымянный. Твои предложения?

– Мои? – удивился сержант. – У меня нет предложений.

– Зря. Это в твоих интересах… – «венценосный» на мгновение задумался.

– Ладно, – сказал он после паузы. – Отложим до лучших времен и попробуем вернуть мне хорошее настроение…

Наглый юноша бесцеремонно подсел за стол к только начинающим занимать свои места десантникам и махнул официантке, выражая жестом недоумение ее нерадивостью. Солдаты в молчаливом ошеломлении наблюдали, как стол заполняется все новыми и новыми яствами…

В итоге, они сидели вместе: семь десантников, представитель высшей цивилизации и его толстый «советник». Телохранители стояли на некотором расстоянии, женщины танцевали. Понимая, в какой щекотливой ситуации они оказались, солдаты хранили молчание и для приличия немного угощались из чрезмерного разнообразия заваливших стол яств и напитков. Род Лан погрузился в себя и сидел, царственно выпрямив спину, высоко задрав подбородок, и то ли что-то слушал из невидимых источников информации, то ли над чем-то размышлял. И лишь добродушный толстяк позабыл о сути инцидента, пил, ел, веселился и подмигивал танцующим вокруг стола стриптизершам…

В какой-то момент Род Лан очнулся.

– Вы же участвовали в лотерее? – неожиданно спросил «венценосный».

– В какой лотерее? – чтобы не оскорблять ранимого вельможу молчанием, отозвался меньше всего расположенный общаться и сильно расстроенный испорченным вечером 947.

– В «Общегалактической Лотерее Крови». Слышал о такой?

– Слышал. – 947 пожал плечами, давая понять, что подобные глупости не для серьезных людей.

– Но не участвовал? – подхватил Род Лан.

Не понимая, почему так оживился «венценосный», 947 посмотрел удивленно.

– Пойдем! – Род Лан поднялся и потянул за собой недоумевающего сержанта. – Все оставайтесь здесь! Мы скоро вернемся… – он усадил на прежнее место потянувшегося следом толстяка. – Не беспокойся, я никого не трону! Все уже в порядке… Сиди!

Прошагав по тротуару целый квартал, 947 решил наконец расставить точки над «и».

– Куда мы идем?!

«Венценосный» посмотрел на него внимательным пронизывающим взглядом, словно хотел вытащить на поверхность саму суть неудачливого сержанта.

– Мы уже близко.

– Близко к чему?

– К Дворцу Игрищ.

– Зачем?

– Хочу, чтобы ты поучаствовал в Лотерее Крови.

– Зачем?

– Честно сказать? – Род Лан остановился и посмотрел так, что у 947-го побежали по коже мурашки. – Хочу все же тебя убить.

– Н…не понял? – пробормотал сержант.

– Если тебе повезет, я тебя убью. Не понимаешь? Если тебе повезет, ты станешь именитым. Если ты станешь именитым, я смогу вызвать тебя на поединок чести и проучить за сегодняшнюю выходку.

– А если не стану именитым?

Род Лан пожал плечами:

– Тогда разойдемся так. Ты мне ничего не должен, я тебе.

– Но лотерея стоит денег…

– Я заплачу. Идет?

947 неуверенно кивнул. По правде говоря, ему ничего не грозило – вероятность победить в Лотерее Крови считалась неслыханно малой. Побеждали, по слухам, один из миллиона, а то и из миллиарда.

Принцип «лотереи» был следующим. Безымянные участники платили деньги и сдавали кровь, чтобы определить своих разбросанных по всему космосу генетических предков. Появившиеся на свет в Эмбриональных Центрах под контролем и с подачи «Единой Программы Рождаемости», триллионы жителей галактики ничего не знали о своих родителях, предоставивших в свое время банкам Центров семена и гены – существовала вероятность, что один или оба генетических предка могли оказаться именитыми или даже знатными. В этом-то и заключался выигрыш: обнаруживший благородные корни победитель получал право и возможность изменить свою жизнь и перебраться из самых нижних слоев общества в самые и самые высокие. Более того, он становился именитым: приобретал словесные имя и фамилию… Несбыточная мечта, за которую к тому же приходилось платить немалые деньги.