Однако, рассматривая этот процесс, мы не можем видеть только одну его сторону — факты заимствования иностранных имен русскими людьми, так как еще более многочисленными являются примеры, когда русские имена проникают в национальные языки братских народов нашей страны.
Тысячи граждан союзных и автономных советских национальных республик берут русские имена и дают их своим детям. Движет ими при этом не что иное, как глубокое чувство признательности к своему старшему брату — русскому народу — за все то хорошее и радостное, что принес он в их жизнь вместе с великой социалистической революцией. В наши дни обычными становятся факты, когда коренные, например, армяне, называют себя русскими именами — Антоном или Виктором, а абхазцы — Юрием или Зоей. Даже в сочетании с национальными отчествами эти русские имена уже не «режут слух» жителей Кавказа: Антон Ервандович, Виктор Амазаспович, Юрий Тариэлович.
По-обычному выглядят русские имена и в соединении с аджарскими, эстонскими, бурятскими и иными нерусскими отчествами: Александр Дурсунович, Иван Густавович, Лилия Фрицевна, Андрей Урупхеевич[7].
Русские имена теперь широко шагнули за рубежи нашей Родины и начинают обживаться в языках народов Европы, Азии, Африки и Америки. Их носят теперь и чехи, и немцы, и индийцы, и кубинцы, и вьетнамцы, и гвинейцы. Вани и Юры, Володи и Нади, Оли и Шуры, желтые, смуглые и совсем чернокожие, бегают нынче не только под русскими березками, но и под ветвистыми чинарами, под оливами и пальмами.
В этой, с каждым годом растущей, популярности русских имен выражается искренняя симпатия народов Земли к советским людям, восхищение их великими свершениями, широтой русской души, чудесным русским характером и умом.
Нам же, русским, хозяевам всего того, что вызывает у иных народов любовь и уважение, надо с большим вниманием и бережливостью относиться к своим именам, которые являются частью величайшего сокровища, название которому — великий русский язык.
Подводя итоги всему сказанному об истории заимствованных личных имен в нашем языке, можно сказать, что все они давно стали русскими именами, и лишь только в целях этимологической систематизации современные русские личные имена можно разделить на четыре группы:
1) Имена чисто русского или славянского корня:
2) Имена, заимствованные русским языком в отдаленные исторические эпохи:
3) Имена, пришедшие в наш язык в более близкое к нам время:
4) Имена, являющиеся продуктом словотворчества в послеоктябрьский период:
Некоторые из заимствованных имен прочно вошли в наш лексикон и теряют оттенок «нерусскости», «иноземности». Произойдет ли это с другими именами-«иностранцами», покажет время.
РУССКИЕ ОТЧЕСТВА
Отчества в том понимании, к какому привыкли мы, русские, встречаются не у всех народов. В русском языке они существуют издавна.
Памятники русской письменности XI–XII вв. донесли до нас уже вполне сформировавшиеся отчества; они состояли в ту эпоху из двух слов: из слова «сын» и притяжательного прилагательного, образованного от имени отца с помощью одного из следующих суффиксов: -ль, -ев, -ов, -ин, -ич.
Так, от имени Изяслав тогда образовалось отчество «сын Изяславль», от имени Добрыня — «сын Добрынь», от имени Лазарь — «сын Лазарев» и т. д. Вторые слова этих словосочетаний и были притяжательными прилагательными, отвечавшими на вопрос «чей?».
При классовом разделении славянского племени его знатная верхушка присвоила себе право носить отчества с суффиксами -ич и -ль (ь). Отчества с суффиксами -ин, -ов, -ев объявила «низкими», простонародными. Это было способом обеспечить быстрое узнавание «вячших» людей и воздание им почестей не только по их личным заслугам, но и по заслугам их отцов.
Именно такое разделение отчеств вызвало к жизни народное изречение, сохранившееся в одной из старинных песен:
Летописи и старинные деловые бумаги сохраняют многочисленные следы такого классового разделения отчеств: князья и бояре в них «величаются» не так, как простолюдины, смерды. Например, в Ипатьевской летописи мы встречаем выражение «князь Брячислав сын Изяславль», в Лаврентьевской — «посадник Констянтин сын Добрынь», в третьем древнем письменном документе — «простолюдин Алекса сын Лазарев».