Не буду подробно разбирать систему доказательств Бориса Двинова, который приписывает Власову антисемитизм, хотя следует поражаться, насколько Власов, будучи полностью зависим от немцев, был сдержан в этом отношении. Двинов также обвиняет Власова в отсутствии патриотизма — за то, что тот (в 1943 году!) «уступил немцам Украину». А если бы он уступил им Мадагаскар?
Двинов не захотел заметить ни тех сил внутри самой Германии, которые искренне делали ставку на Власова как на представителя будущей демократической России, ни такого значительного, с моей точки зрения, факта, как присутствие среди власовцев евреев (некоторые из них живы по сей день), которых их товарищи не выдали. Это — для меня — гораздо больше значит, нежели заявление, якобы сделанное Власовым в разгар войны в Риге, что евреям в будущей России места не будет (как выдумал «Парижский вестник»).[42]
Напомню, что и среди меньшевиков у Двинова нашлись оппоненты (Николаевский, Далин, Денике, Абрамович), считавшие, наоборот, власовское движение своим союзником в борьбе с большевиками.
Не буду тут вдаваться в подробный разбор интересного и значительного движения. О нем, надеюсь, напишут те, кто пережил эту эпопею.
Так создавались наукообразные концепции, схемы и справочные таблицы, определившие на десятилетия вперед ход мысли людей, бравшихся за изучение Советского Союза, и чиновников, готовивших документы по вопросам взаимоотношений между Западом (прежде всего США) и СССР.
Поскольку же политические руководители лишь принимают решения, а готовят их помощники, секретари, референты, то эти взаимоотношения чаще всего предопределялись этими выгодными для СССР концепциями.
Авторами схем и справочников были социологи, психологи, статистики, в основном американцы, часто находившиеся в плену настроений, царивших в интеллектуальных и университетских кругах США уже с конца 20-х годов. То есть, они сознательно или бессознательно исходили из посылки, что если в Советской России не все идеально, то лишь из-за несовершенства человеческого материала. Психология людей меняется, мол, медленно, молодой советский строй еще не успел создать нового человека. Но там, где этот человек появился, он выше человека, обремененного чертами «традиционного русского характера».
По сути же, все, что связано со строительством нового советского общества, — хорошо. Все, что является пережитком старого, — плохо. Отсюда вывод: все, что плохо, является пережитком старого. Все недочеты в осуществлении светлой мечты человечества — лишь ошибки в исполнении мудрых, в основном, предначертаний.
Так определился оценочный подход при изучении беженцев второй эмиграции, распределение их на хороших и плохих, вернее, на более или менее плохих, в зависимости от большего или меньшего их соответствия идеалу «советского человека».
В результате в широких и влиятельных кругах Запада, да и у обывателя, на долгие годы укрепилась мысль, что самовольный разрыв с Советским Союзом по самой сути своей преступен, а по меньшей мере — нравственно сомнителен. Это побег от заслуженной кары, мелкое шкурничество, мещанское непонимание высоких целей. В любом случае — несоответствие беглеца повышенным нравственным требованиям советского строя.
«Я выбрал свободу»
Выражение вошло в международный обиход. Как позже слово «ГУЛАГ». Многие ли из вас читали, однако, книгу Виктора Кравченко или хотя бы знают о ней?
Так получилось, что мое первое, связанное с этой книгой воспоминание относится, если не ошибаюсь, к 1947 году.
По инерции военных лет между французской службой московского радио и представительством сражающейся Франции, уже ставшим посольством, еще существовали дружеские связи. Ведавший в посольстве вопросами прессы Жан Катала (автор книги «Они предают мир», в которой он разоблачил своих коллег, французских дипломатов), справедливо считавшийся вернейшим другом Советского Союза, выступал раз в неделю у нашего микрофона и регулярно присылал нам французские газеты.
Однажды, когда, разобрав очередную пачку, мы принялись за чтение, в огромной комнате дома в Путинковском переулке, где размещался наш отдел, воцарилась особо напряженная тишина. С подчеркнуто равнодушным видом и раскрасневшимися ушами все, даже самые из нас верноподданные, читали с одной мыслью: не привлечь неосторожным словом внимания начальства, Чтобы не отобрали…
42
Раз уж заговорили на эту тему. В 1944 году руководители НТС писали:»В состав Российской Нации не входят: иностранцы. хотя бы они и постоянно проживали в России, и евреи» («Схема национально-трудового строя», 1944). Та же Схема предлагала евреям либо покинуть будущую Россию, бросив все свое имущество, либо поселиться в специально отведенной области.
А уже в 1948 году те же энтээсовцы стали отчаянными демократами и ограничения с евреев сняли.