На Западе отговорка «это не по нашему ведомству» — постоянна.
Потому что мало, пожалуй, в мире стран, где, как в СССР, разглашение простейших фактов советской действительности карается законом, потому что «это порочит советский государственный и общественный строй».
И где еще, в конце длиннющего списка сведений, составляющих государственную тайну и разглашение которых является тягчайшим преступлением, списка, в котором перечислено все, что может подсказать разгоряченное полицейско-бюрократическое воображение, есть еще пункт: «другие данные, которые будут отнесены Советом Министров к числу сведений, составляющих государственную тайну».[60] Так что иностранный путешественник уносит из СССР чаще всего те впечатления, которые хотят ему навязать.
В подавляющем своем большинстве приезжающие в СССР иностранцы будут ездить по предназначенным им улицам и дорогам, а туземцы будут следить за тем, чтобы они не заглядывали куда не положено.
Только СССР располагает на территории противника, то есть во всем некоммунистическом мире, не только огромной армией агентов, но еще и множеством полусознательных или вовсе бессознательных помощников.
И еще есть черта советского государства, которая сближает СССР с Англией военных лет: в смысле возможности вести тайную дезинформационную войну в мировом масштабе. Это полная централизация руководства разведкой и полная централизация государственной власти.
Когда говорят «советская разведка», то имеют, полагаю, в виду одновременно нечто гораздо более узкое и в то же время более широкое, чем на самом деле. Поясню.
Насколько можно судить, советская разведка в прямом смысле этого слова проводится в основном по следующим линиям: Главное Первое Управление КГБ, Главное разведывательное управление Генерального штаба, то есть военная разведка, Министерство иностранных дел и, наконец, Общий отдел ЦК КПСС, который проводит свою собственную разведывательную работу, связанную с крупными политическими проблемами как внутри, так и вне страны, а заодно приглядывает за партийным аппаратом, за отделом ЦК, наблюдающим за административными органами, за КГБ и МВД.
Так что «советская разведка» — термин слишком общий. Куда вы отнесете, например, наблюдение за гражданами собственной страны за границей, которое ведет советская контрразведка? А отчеты, которые пишут для своего начальства все выезжающие в командировку советские граждане? Писатель, академик, инженер, музыкант, шахматист, акробат или турист, приехавший по профсоюзной путевке или по приглашению родственников должны по возвращении вспомнить все свои встречи и обо всем написать. Болтать об этом они не будут, ибо если будут болтать, то больше никуда не поедут. Для того, чтобы это делать, вовсе не обязательно быть агентом советской разведки. Надо просто быть советским гражданином.
Велико искушение сказать: вообще никакой советской разведки уже нет, она давно срослась со всеми формами деятельности в рамках всеохватывающей государственной структуры.
Однажды в Москве на международном конгрессе хирургов я был личным переводчиком министра здравоохранения СССР Петровского и несколько раз сопровождал одного из его помощников, тоже отличного хирурга, в чьи обязанности входило организовать точное копирование специальными московскими институтами хирургической аппаратуры и инструментов, которые показывались в то время на территории Выставки Достижений Народного Хозяйства в Останкино.
Такие вещи делаются, допускаю, везде. Но не обязательно профессорами.
Как видим, столь необходимое для глобальной дезинформации сотрудничество населения с различными формами разведки достигло в СССР уровня, о котором Англия военного времени не могла и мечтать.
Деятельность же всех отраслей разведки стекается по разным каналам в один и тот же центр: ЦК КПСС.
С централизацией государственной власти в СССР тоже все в порядке.
Совет обороны СССР
«Было бы абсурдно вводить в философию войны принцип умеренности — война есть акт насилия, доведенного до своих крайних пределов»
«Самое важное в войне — атаковать стратегию врага».
60
М. В. Турецкий. Особо опасные государственные преступления. Из-ство Московского университета. 1965 г. стр. 44.