В Советском Союзе власть всегда была централизована в непостижимой для западного сознания степени. Но в семидесятые годы в этом смысле произошел качественный скачок. Был сделан важный шаг на пути «развития ленинского принципа единства политического и военного руководства».
С этим совпало некоторое изменение основных стратегических концепций. Но об этом позже.
В ноябре 1977 года, в отчете о военно-теоретической конференции, состоявшейся в Министерстве обороны СССР, «Красная звезда» привела слова начальника Главного политического управления Советской армии и военно-морского флота генерала армии Алексея Алексеевича Епишева.
Говоря о бессмертном ленинском принципе, Епишев сказал: «Примерами последовательного осуществления этого принципа служит деятельность Совета Обороны в годы гражданской войны, Государственного Комитета Обороны в период Великой Отечественной войны. Творческое развитие этого принципа на современном этапе находит яркое выражение в деятельности Совета Обороны СССР, возглавляемого Генеральным секретарем ЦК КПСС, Председателем Президиума Верховного Совета СССР Маршалом Советского Союза товарищем Брежневым" (курсив мой — К. X.).
К этим словам Епишева добавим, что товарищ Брежнев, как об этом сообщил в том же 1977 году «Военный Вестник», еще и Верховный главнокомандующий!
Если вспомнить роль, которую Леонид Ильич Брежнев играл в руководстве вооруженными силами СССР во время войны, все эти сообщения: присвоение маршальского звания, назначение на пост Верховного главнокомандующего, председательство в Совете Обороны СССР, могли вызвать улыбку. Блажит старик! Взял же он себе звание лауреата Ленинской премии по литературе и какую-то итальянскую премию, о которой никто не слышал.
Но если Брежнев — писатель-лауреат — это анекдот, то Брежнев — маршал Советского Союза, Брежнев — Верховный главнокомандующий, Брежнев — председатель Совета Обороны СССР — это не смешно. Литературная премия автору «Малой земли» ничего не меняет, перечисленные назначения меняют структуру власти в направлении еще большей централизации.
Совету Обороны времен гражданской войны (1918–1920 гг., глава — Ленин) была «предоставлена вся полнота полномочий в деле мобилизации сил и средств для защиты советского государства».»В отличие от Совета Обороны, — пишет исследователь этого вопроса П. Кружин, — созданный 30 июня 1941 года под председательством Сталина Государственный Комитет Обороны (сначала в него входили только Молотов, Ворошилов, Маленков и Берия, а затем дополнительно — Булганин, Вознесенский, Каганович и Микоян) обладал уже всей полнотой власти».[61]
Он «руководил деятельностью всех государственных ведомств и учреждений; направлял их усилия на всемерное использование материальных, духовных и военных возможностей страны для достижения победы над врагом… Каждый член ГКО ведал определенным кругом вопросов. Постановления ГКО имели силу законов военного времени. Все советские государственные, военные, хозяйственные и профсоюзные органы были обязаны беспрекословно выполнять решения и распоряжения ГКО». Так определяет деятельность ГКО Большая Советская Энциклопедия.
Но Епишев говорит о «творческом развитии» принципа «единства политического руководства». В чем же оно выражается сегодня, в мирное время?
Прежде всего — Совет Обороны более не экстраординарная организация, чтобы руководить страной в исключительных обстоятельствах. Подробностей о его деятельности опубликовано не было. Но из текста новой Конституции известно, что его образует, а также утверждает его состав Президиум Верховного Совета СССР.
К этому следует, пожалуй, добавить, что если раньше высший командный состав армии и флота СССР назначался Советом Министров, то теперь и это делает Президиум Верховного Совета, то есть опять же его председатель, он же, как правило, Генеральный секретарь ЦК КПСС (недаром Андропов рвался к этим должностям).
Как видим, Генеральный секретарь ЦК КПСС сосредоточил в своих руках огромную власть. Велико искушение поставить на этом точку, ограничить этим выйод. Но ведь личная власть, причем безграничная, была и у Сталина. Новым в данном случае является введение этой личной власти в самую структуру государства, систематическая легализация этой абсолютной личной власти Генерального секретаря (и Председателя Президиума Верховного Совета СССР и Главнокомандующего), устранение всего, что могло бы ее ограничить. Например — никаких перемен и новшеств.
Кто входит в Совет Обороны? Вероятно, министр обороны, председатель КГБ, министр иностранных дел, министр внутренних дел, некоторые руководители экономики.