В 1861 г. вышла книжка «Мать шулерству». В предисловии автор рассказывает о своей встрече в поезде с неким почтенным господином (оказавшимся впоследствии шулером-профессионалом), с которым они обсуждали книгу г-на Зоркина «О плутнях карточной игры. Изобличение их во всех подробностях». Узнав от автора о теме его исследования, попутчик преподнёс ему урок карточной игры и показал, что книжные знания мало помогают в практической жизни.
Выигранные «по маленькой» деньги попутчик широким жестом вернул автору, сказав, что ставил своей целью не обогащение, но единственно — показать бессмысленность и бесполезность книжного обучения ремеслу шулера. — Чего вы добьётесь своей брошюрой? Разве что наплодите мелких шулеров! Профессионалу это только на руку, потому что обыграть мелкого жулика гораздо легче, чем простака, который и денег-то проиграть не захочет, потому что знает, что простак. А настоящие знания об этой профессии добываются не чтением книг, а собственным опытом — «кровью и потом».
Лично меня мошенничество в игре интересует своей онтологической сущностью, как одна из многочисленных граней игры. Примечательно также отношение к шулерству «человека играющего» (homo ludens, по определению Хёйзинги). Потому что если любой человек проявляет себя наиболее ярко именно в игре — обнажаются как пороки, так и благородные свойства натуры,[241] — то в игре шулерской этот контраст становится резче, а палитра — богаче. Поражает неиссякаемая изобретательность мошенничества, самонадеянно покушающегося на всемогущество Случая, поражает незыблемость деления человечества на «карасей» и «акул», интересно то, что практически на каждый шулерский приём есть «оборотка», т. е. контрприём, а также то, что человек, применяющий шулерский приём и не замечающий применяемого против него контрприёма, никогда не прекратит игры, считая, что он играет с перевесом.
Не случайно сюжетом самых выдающихся произведений мировой живописи и литературы на тему карточной игры является именно шулерская игра. Достаточно привести в пример такие полотна, как «Игра в карты с шулерами» Караваджо, «Шулер» Жоржа де ла Тура, «Игроки в карты» Валантена, и такие литературные произведения, как «Игроки» Гоголя, «Маскарад» и «Тамбовская казначейша» Лермонтова.
Согласитесь, читая плутовской роман, мы не относимся к нему как к учебнику плутовства. Нам симпатичны и Остап Бендер, и граф Калиостро, и Казанова. Нам даже немного жаль гоголевского шулера Ихарева, так жестоко обманутого другими мошенниками.
При этом наше отношение к плутам содержит известную толику иронии и снисхождения. Мы рады встречать их на страницах книг, но не в правительстве и не в Государственной думе. Лично я разделяю опасения Ф. Бэкона за судьбу государства, в котором хитрые сходят за мудрых (и я знаю одно такое государство, судьба которого мне далеко не безразлична). Мне точно известно, что колода карт — это модель мира, а все ситуации, встречающиеся в игре, имеют свои прототипы и аналоги в реальной жизни. Не случайно в нашу бытовую и литературную речь входит всё больше игроцких терминов и понятий: пойти ва-банк, поставить на карту. Многие события политической жизни можно абсолютно точно описать в терминах игры и шулерского жаргона: подтасовать, передёрнуть, приберечь козырного туза, достать туза из рукава, скатить, пустить налево, кинуть сменку, идти в долю без несчастья, двинуть фуфло и т. д. и т. п.
Поэтому мне бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь когда-нибудь написал о мошенничестве (в том числе и о карточном) всеобъемлющий трактат и перечислил бы все возможные проделки и шулерские приёмы: они интересуют меня не только и не столько как элементы карточной игры, но и как метафоры нашей жизни. И я попробую помочь этому человеку: опишу то, что знаю сам, придерживаясь, по возможности, рамок темы преферанса.
Легальная и нелегальная информация
Прежде чем говорить об умышленной передаче нелегальной информации — «маяке»,[242] следует разобраться в том, какую информацию вообще следует считать легальной, а какую — нелегальной.
Искусство игрока в преферанс как раз и заключается в том, чтобы извлекать информацию в процессе игры, анализировать её и применять выводы на практике. Каждый игрок получает много вполне легальной информации о раскладе в процессе торговли (или делает выводы из её отсутствия), а также в процессе розыгрыша. Вистующим разрешено и даже предписывается передавать партнёру информацию при сносах — «первым сносом показывай сильную масть, вторым — слабую» и т. д. Не считается нелегальной также случайно полученная информация: противник небрежно держит карты, позволяя их видеть, или, например, карты упали на пол и т. п., хотя пользоваться этой информацией или специально вытягивать шею, чтобы заглянуть в чужие карты, считается неэтичным.