447. «Рано, рано вы, лазоревы цветы…»[451]
Рано, рано вы, лазоревы цветы,
Рано, рано вы поблекли, отцвели!
Рано девушка лишилась красоты,
Скоро дни ее веселостей прошли!
Редко девушку видают у окна,
В хороводах ее вовсе не видать?
Полюбила в терему сидеть одна,
Полюбилося ей горе горевать.
И порой она тихонько слезы льет,
Иным времечком вздыхает тяжело!
И порой она тихонько запоет,
Будто горе позабыто, всё прошло:
«Ах! Не все в полях метелице мести,
В темных рощах буйну ветру бушевать —
Придет время в поле цветикам цвести,
В роще пташечкам, соловьюшкам свистать.
Красны девушки, собравшись в хоровод,
На семик в луга весну пойдут встречать…
Лишь одна подружка с ними не пойдет,
Будет косточкой в сырой земле стонать.
Люди злые худой славой обнесут,
Пересудами безвинно закорят,
Слезы горькие сиротку не спасут…
Вздохи тяжкие без время уморят».
448. «При долинушке береза…»[452]
При долинушке береза
Белая стояла;
При березоньке девица
Плакала, рыдала…
Ах, с вершинушки березу
Ветром колыхает,
С корешка мою кудряву
Водой подмывает!
Скоро белая береза
С корешка свалится, —
Перестанут к веткам пташки,
Распевая, виться!
И проложится дорожка
Мимо той березы,
И проедут по дорожке
Да пойдут обозы…
Станут станом у березы
Коней попоити;
Обсушиться, обогреться.
Каши поварити;
И сожгут, спалят березу
Даже до сучочка —
И не молвят про березу
Ниже́ ни словечка!..
Так-то мне, младой младеньке,
На чужой чужбине
Спать в сырой земле забытой,
Словно сиротине!
Что безродной — без родимой.
Без отца родного,
Что бездольной — без прилуки,
Без дружка милого!
449. «Ах ты, ночка моя, ноченька…»[453]
Ах ты, ночка моя, ноченька,
Ночка темная, осенняя!
Осиро́тела ты, ноченька,
Без младого светла месяца —
Так, как радость красна девица
Без мила дружка сердечного!..
Где ж красавец млад светел месяц
В поднебесье не видать его?
Не всходил он, не озаревал —
Темну ночку не освечивал;
Он не резался сквозь облаки,
В высок терем не заглядывал…
Не манил он радость-девицу
Ко косящату окошечку[454]…
Ах! бедна же ночь без месяца —
Как казак без ворона коня,
Чисто поле без наездника,
Золото кольцо без яхонта,
Красна девица без милого дружка!
Все красавица придумала,
Пригадала с темной ноченькой,
На окошке грудью лежучи,
Мила друга поджидаючи,
Как упала горяча слеза
На правую ее рученьку —
На кольцо ее алмазное,
Подареньице заветное;
И к нему-то радость-девица,
Воздыхаючи, промолвила:
«Ах ты, перстень самоцветный мой,
Драгоценность сердцу милая!
Как надет дружком на рученьку,
С той же бережью ты носишься:
Отчего же ты по-прежнему
Не блистаешь да не искришься?
Оттого ли, что у милого —
Не мое кольцо на рученьке…
Не ко мне любовь в сердечушке!»
вернуться
451
Семик — седьмой четверг после Пасхи, обрядовый праздник, во время которого наряжали березу и водили хороводы.
вернуться
452
Первая строфа совпадает с песней М. Загоскина в опере Верстовского «Аскольдова могила».
вернуться
453
Фольклорный источник — песня «Ах ты, ноченька, ночка темная…». Иногда приписывают Кольцову.