— Полный бак, — ответил Биркнер. Он посмотрел на небо. Не было видно ни облачка. День предстоял погожий, и настроение у него было отличное.
— Далеко собрались, господин Биркнер? — дружелюбно поинтересовался Зигфрид, вытирая ветошью руки.
— В Ульм решил прокатиться, — сказал, не задумываясь, Биркнер.
И тут же одернул себя: «Обязательно надо трепануться». Последнее время он приучал себя в любой ситуации держать язык за зубами. Но давалось это нелегко. Сказывалась естественная реакция всякого честного и общительного человека говорить, как правило, правду.
Биркнер постарался переключить свои мысли. День был хороший, дорога отличная. Предстояла интересная поездка. И ему больше ни о чем не хотелось думать.
Он включил свой «Блаупункт» 32. В машину ворвалась веселая мелодия. Пела Катарина Валенте. Биркнер любил эту певицу и с удовольствием вслушивался в ее энергичный, звучный голос. После песен Валенте раздалась знакомая дробь старого шлагера «Четыре колеса, один автомобиль». Вальтер поймал себя на том, что надувает щеки и в такт мелодии играет на губах. Ему нравилось его настроение: давно он уже не чувствовал себя таким беззаботным.
Дорога была свободная, и он к обеду добрался до Ульма. Остановившись в гостинице и перекусив, Биркнер вышел на улицу. В справочном бюро он попросил адрес госпожи Линдеман. В городе было несколько семей Линдеман, и он выписал все адреса. Когда Биркнер отошел от справочного бюро, он чуть не столкнулся с человеком, лицо которого он видел рядом со своей гостиницей. Это был господин лет сорока, среднего роста и весьма невзрачного вида. Трудно даже было определить по его внешности, чем он занимался. Сухощавое невыразительное лицо, изъеденное морщинами, тонкий нос и серые, тусклые глаза. В другое время, быть может, Биркнер и не обратил бы на него внимания. Но он только что приехал в чужой город и сразу же дважды приметил одного и того же человека. Биркнер не спеша пошел по тротуару в направлении к центру города: Прежде чем отправиться на розыски Краузе, он решил удостовериться, не следят ли за ним. Биркнер был далек от того, чтобы переоценивать значение своей личности, но горький опыт последних лет его жизни научил его некоторой предосторожности. Чтобы не оглядываться и не обнаруживать тем самым своих опасений, он подошел к большой уличной тумбе, сплошь оклеенной различными объявлениями.
Сделав вид, что он чем-то заинтересовался, Биркнер вполоборота остановился у тумбы. Уголком глаза он просматривал всю улицу сзади него. Человек, который привлек его внимание, медленно приближался к нему, рассматривая витрины и подолгу останавливаясь у них. Биркнер дождался, когда он не смотрел в его сторону, и спрятался за тумбу. Как он и предполагал, его преследователь растерялся, когда потерял из виду Биркнера. Улица была довольно пустынна, прохожих было мало, и Вальтер услышал шум быстро приближающихся шагов. Когда преследователь поравнялся с тумбой, Биркнер нарочно выступил слегка, чтобы обнаружить себя. Шаги смолкли. Человек остановился с другой стороны тумбы. Биркнер притаился и не двигался. Он рассчитывал, что его преследователя начнет мучить неизвестность и любопытство: что делает Биркнер, почему так тихо и не ушел ли он вовсе? И он не ошибся. Через пару минут он услышал, как его преследователь стал медленно обходить вокруг тумбы, делая вид, что он по кругу читает объявления. Когда Биркнер увидел часть его головы, то первое, что бросилось ему в глаза, — был настороженный косой взгляд в его сторону. Сомнений не было. Так объявления не читают. Вальтер перешел на другую сторону улицы и зашел в магазин парфюмерии. У магазина были стеклянные двери, и через них Вальтеру было хорошо видно, как человек около тумбы растерянно потоптался на месте и пошел дальше. Потом он перешел улицу и оказался на той же стороне, что и магазин парфюмерии. Биркнер решил еще раз проверить свою догадку, вышел из магазина и пошел по улице направо, рассчитывая, что преследователь сзади. Он прошел шагов пятьдесят и вдруг заметил справа небольшой выступ, за который он тут же свернул. Затем он осторожно посмотрел правым глазом. Господин с тусклым лицом, потеряв его из виду, на всех парах мчался в его сторону. Вальтер дождался, когда до него осталось метров пять, и шагнул ему навстречу. Он заранее изобразил на своем лице полнейшее равнодушие и усталость. Преследователь, увидев внезапно перед собой лицо Биркнера, в полной растерянности шарахнулся в сторону и чуть не вприпрыжку побежал дальше.
Вальтер чуть не рассмеялся ему вслед: до того был потешный вид у этого малого. В глубине души он понимал, что это было мальчишество с его стороны, но он не мог пересилить себя и отказать себе в удовольствии немного потравить своего преследователя. В том, что этот тип действительно следил за ним, у Биркнера не было больше никаких сомнений. Идти в таких условиях к Краузе было невозможно, и Биркнер, чертыхаясь, отправился в гостиницу. Переходя улицу, он заметил, что в отдалении за ним следовал все тот же неудачливый Шерлок Холмс.