Не спеша сложив свои немногочисленные пожитки, наемник выбрался из-под раскидистой ели, под которой ночевал, и стал подниматься по склону. Ноллис решил как следует осмотреться и подыскать себе убежище получше. Кто знает, долго ли ему придется прятаться, пока он сможет подкараулить эту рыжую?
Он поднялся на вершину пологого холма, с которого открывался отличный вид на стены Бархеда, и стал наблюдать за замком. Ноллис делал так каждый день, это уже вошло у него в привычку. Солнышко стало понемногу припекать, и он уж было собрался спуститься пониже, в тень, как вдруг приметил на дороге какое-то движение. Он прищурился, заслоняясь рукой от солнца.
Со стороны замка к нему приближался небольшой отряд. Двигаясь быстро и бесшумно, Джон пересек склон и залег в кустарнике. По дороге, огибающей холм с другой стороны, быстрой рысью двигались трое всадников. Они явно спешили, понукая усталых коней. Хм, странно. Гости, покидающие Бархед на утомленных лошадях? Вряд ли. С чего это им уезжать, если все только началось? Да и не производили эти люди впечатления приехавших на праздник: в кольчугах и при оружии собираются на войну, а не на гулянье. Джон, отличавшийся прекрасной памятью, с уверенностью мог бы сказать, что ни вчера, ни сегодня утром он их не видел. Значит, эти люди прибыли в замок ночью, когда шел дождь и он прятался в лесу. Ноллис обеспокоился.
Один из всадников осадил коня, спрыгнул на землю и стал возиться с подпругой. Остальные остановились, поджидая его. Шотландцы были слишком далеко, чтобы можно было расслышать, о чем они говорят. Ноллис изо всех сил напряг глаза. На щите одного из них красовалась красивая эмблема: змея в огне. Всадник наконец справился с подпругой, пришпорил коня. Они промчались мимо, и Джон присвистнул.
Потроха Вельзевула! Эмблема клана Дугласов! Вот тебе и везение. Там, где появляется Уильям Дуглас, остальным искать нечего. Ясно, что его люди приехали в Бархед не эль пить. Значит, рыцарь из Лидденсдейла тоже пронюхал, что в замке Мак-Фергюсов появился новый постоялец...
Смекалка не раз выручала его, так что следовало успокоиться и пошевелить мозгами. Итак, Дуглас ищет Эрику Тейндел, чтобы раз и навсегда расквитаться со своим заклятым врагом — Родериком Перси. То есть, попросту говоря, кокнуть девчонку он хочет, так? Ноллис задумчиво почесал плешь на макушке. А что сделал бы он сам, Джон Ноллис, попади ему в руки такой лакомый кусочек? Это ведь не просто рыжая девчонка, каких в Англии сотни на ярд, — это целое графство Нортумберленд. Подумать только, живет этакая пигалица и не ведает, что является наследницей огромного состояния... Ответ напрашивается сам собой. Да он пылинки с нее сдувать будет! Конечно, король Эдуард не позволит своему злейшему врагу стать графом Нортумберлендским. Да только вряд ли Дуглас этого не понимает. Для него это всего лишь лишний повод развязать войну против ненавистных англичан. И повод законный: война за наследство несчастной сиротинушки! Теперь король Иоанн[39] не сможет отказать своему союзнику в помощи.
Джона передернуло. Если все так, как он представляет, то ему в Англии точно делать нечего. Сэр Джеффри вздернет его на первом же суку и оправдания выслушивать не станет.
— Дьявол вас побери, — сквозь зубы прошептал Ноллис.
Он даже не был уверен, кого из двоих ненавидит больше: Дугласа или девчонку. Джон вскочил на ноги. Оставался только один выход: вызвать своих людей и выкрасть Эрику у Дугласа. Каким бы безумным ни казался его план, другого не было. Вряд ли сэр Уильям собственной персоной явится за девчонкой в Бархед: скорее всего, у него есть дела и поважнее. Скорее всего, пришлет небольшой отряд. Сколько нужно человек, чтобы управиться с одной маленькой девчонкой?
Ноллис прикинул кое-что и удовлетворенно щелкнул пальцами. Дорога тут одна, местность он изучил хорошо. С ним шестеро человек, все бывалые вояки, отлично владеющие оружием. Если перехватить шотландцев возле озера и напасть внезапно, можно надеяться на успех. Расстрелять всех из луков и все...
Джон вскинул на спину узел и быстро зашагал через лес. Оставалось надеяться, что эта рыжая бестия никуда не денется из-под крылышка своих родственников до его возвращения.
Эрика в недоумении уставилась на дверь. Что случилось? Для верности она дернула еще, потом еще раз... Тот же результат. Крепкая дверь, сколоченная из прочного скального дуба, даже не шелохнулась.
Кто-то запер ее на засов, пока она тут красовалась в новом платье!
— Эй, что за глупые шутки! — закричала девушка. — Откройте!
Снаружи раздалось тихое хихиканье, и Эрика похолодела. Мэри! Конечно она, кто же еще!
— Послушай, ты за это поплатишься, — громко сказала она.
— Ты мне угрожаешь? — раздался из-за двери томный голос ее двоюродной сестрички, и Эрика едва от злости язык не прикусила. Судя по всему, ее угрозы ничуть не напугали Мэри.
— Будешь сидеть тут, пока тебя не выпустят, — злорадно сообщила ей сестрица. — А до вечера сюда вряд ли кто-нибудь поднимется. Я потом тебе расскажу, как было весело. Пока!
Она опять хихикнула, и Эрика в отчаянии услышала, как ее шаги удаляются по коридору.
— Я тебе уши оторву, длинноносая, — пообещала она, приложив рупором руки к двери. — Только попадись мне!
Сдержав порыв изо всех сил стукнуть ногой по двери, Эрика обессиленно прислонилась к косяку. Все равно бесполезно — ее никто здесь не услышит, а Мэри только лишний раз порадуется.
— Чтоб тебе лопнуть, — погрозила она кулаком в воздухе. — У-у, змея!
Хорошо, ну, и что теперь делать? Эрика тоскливо обвела взглядом свою маленькую комнатку. Увы, если дверь заперта снаружи, убежать отсюда практически невозможно. Разве только через окошко, которое выходило прямо на наружную стену башни. Но, к сожалению, крылья у нее еще не выросли, а прыгать в ров с высоты двадцати ярдов она не станет.
Да уж, Мэри выбрала отличный способ с ней поквитаться. Вот и наказание за то, что ругалась в Светлое Христово Воскресение. Говорил же ей отец Годвин, надо с почтением относиться к божественным праздникам, стараться не грешить... Она мрачно подперла голову кулаками, представляя, что происходит внизу. Сейчас уже наверняка все гости собрались в часовне, нарядные, торжественные, и слушают проповедь священника, а она сидит здесь, как последняя на свете грешница.
— Это несправедливо! — громко сказала она себе.
Свернувшись калачиком, девушка закрыла глаза и постаралась успокоиться. Кто-нибудь заметит ее отсутствие, придет и откроет дверь, попробовала утешить себя Эрика. Не может быть, чтобы все о ней забыли...
Дженет выпустила ее только к вечеру. Служанка поднялась наверх за свежими полотенцами для праздничного стола и услышала, как кто-то барабанит в дверь. Эрика к тому моменту уже перестала надеяться, что кто-либо ее услышит, и стучала скорее от отчаяния.
— Боже мой, барышня, что же это такое? Почему это вы здесь сидите, когда праздник уже заканчивается?! — всплеснула руками служанка, когда из комнаты показалась взъерошенная девушка.
Эрика, не ответив ни слова, помчалась в зал. Но когда она спустилась вниз, там все было так, как и положено к концу праздника. Развеселые перепившиеся гости, съеденное угощение... Эрика едва не расплакалась. Неужели она пропустила все?
Вдруг из дальней галереи послышались звуки скрипки и в зал важной поступью вошли музыканты. Скоро будут танцы! Эрика немного приободрилась. Значит, сейчас начнется самое интересное! Она решительно спустилась по лестнице и шагнула в зал. Следовало признать, что ее появление в нем осталось незамеченным — никто уже особенно не смотрел по сторонам. В глазах у Эрики зарябило от множества тартанов самых разнообразных расцветок. Господи, как они только отличают друг друга по узору килта? Это же просто невозможно.
Она стала осторожно пробираться к столу — все-таки за время заточения она изрядно проголодалась. На нее по-прежнему никто не обращал внимания, и это ее вполне устраивало. Ага, вон дядя Дункан в углу разговаривает с каким-то коренастым шотландцем. Глава семейства Мак-Фергюсов показался ей даже угрюмее обычного. У Эрики создалось такое впечатление, что они поссорились. Во всяком случае, дядя выглядел весьма озабоченным. Интересно, с чего бы это?