– Пообещай, что ты в меня не влюбишься, – он говорил абсолютно серьезно.
– Ты с ума сошел? Почему ты решил, что я могу в тебя влюбиться? Тем более, у меня есть бойфренд… или был… не знаю уже. – Я шутила и искренне не понимала, к чему он клонит.
– Просто… ты еще совсем ребенок, а я – намного старше. Тебе здесь скучно, и я боюсь, что ты можешь ко мне привыкнуть… или влюбиться… а я все-таки один из твоих врачей. И мне не нравится то, что я иду у тебя на поводу.
– Не бойся. Просто приезжай ко мне как можно чаще. Мне нравится с тобой болтать. И, по-моему, это ты в меня влюбился… уже. – Я рассмеялась.
Малек будет приезжать ко мне через день. Он подарит мне еще одну книжку про Гарри Поттера и что-то в ней напишет на своем родном языке. Он так и не разрешит мне покататься на своем байке, но через год он посадит меня за руль своего кабриолета SLK в Берлине… но он всегда будет моим врачом… даже в Берлине он будет искать для меня аптеку, потому что я не смогу ходить… натрут новые туфли.
P.S. Через семь лет я спрошу у него в Facebook: «А что ты тогда написал во второй книжке про Гарри Поттера?)» И он ответит: «Я точно не помню. Но ты можешь мне отсканировать, и я тебе переведу… А можешь не сканировать. Думаю, что я тогда написал, что ты мне очень, очень нравишься, и мне будет тебя не хватать».
16 июля 2003 года
Я хочу, чтобы во рту оставался
честный вкус сигарет.
Мне очень дорог твой взгляд,
Мне крайне важен твой цвет…[35]
Мара с мамой зашли в палату. Думаю, мама ей уже все рассказала: мы немного повздорили в этот день. Нашу эйфорию периодически затмевали чувство боли, бессонные ночи, причиной которых опять-таки была физическая боль… бесконечные таблетки, которые я глотала с утра до вечера… Было непонятно, как быть дальше: где брать «Програф», одна упаковка которого стоила пятьсот евро и который не был лицензирован в Украине… где брать деньги на этот «Програф»… как часто надо будет ездить на обследования… и сколько это будет стоить… все было непонятно. Но мне не хотелось об этом думать, а мама не могла об этом не думать, поэтому мы иногда ругались… Мое настроение все время менялось, характер никогда не отличался покладистостью, а сейчас тем более, и маме действительно было нелегко.
– Ну, девочка, почему у тебя заплаканные глаза? – это было первое, о чем спросила Мара.
– Марочка, ну ты же уже все знаешь. У меня без конца меняется настроение: я то плачу от смеха, то плачу от грусти, то плачу от счастья… я за все восемнадцать лет не плакала столько, сколько за последние несколько дней. – При этом я старалась не смотреть на маму.
– Ничего, девочка, вы прошли через ад. Плюс твои таблетки. «Програф» – очень сильный препарат. Он не только понижает иммунитет, но и влияет на психику первое время. Твои перепады настроения – это нормально. Моему мужу вообще вначале казалось, что сестра, которая приносит ему лекарства и задает вопросы о его самочувствии, «работает под прикрытием».
– В смысле? – Я уже улыбалась.
– Ну… Марек считал, что она – сотрудница КГБ и пытается вытащить из него какую-то секретную информацию. Он просил меня не подпускать ее к нему.
– Я не верю… Ты шутишь… – Я хохотала до слез.
– Скоро спросишь у него сама. Он тебе многое может рассказать о «Прографе». А теперь… подъем, Юля. Я привезла вам новые шмотки. Пора бы нам сходить в местный ресторан.
– Но вы же с мамой только оттуда… И я не могу туда пойти.
– Почему? Ты чем-то занята сейчас? – Мара очень серьезно на меня смотрела и доставала из пакета «наши новые шмотки».
Мама в это время говорила по телефону с Геночкой, поэтому я не могла сосредоточиться… Мне хотелось забрать у нее телефон.
– Мара, прекрати меня смешить… мне больно… куда я пойду? Даже если у меня получится одеть на себя что-то… то как я буду тащить эти мешки с жидкостью?
Внизу моего уже почти плоского живота симметрично красовались два надреза, из которых вызывающе торчали длинные дренажные трубки. К концу каждой трубки был прикреплен литровый резервуар для жидкости, которая все еще скапливалась внутри моего организма. Я ненавидела эти мешки с цифрами и делениями и не могла дождаться, когда из моего тела наконец вытащат все эти бесплатные медицинские приложения… Они меня раздражали до такой степени, что временами мне хотелось самой от них избавиться. Тем более, что у меня уже был опыт. Но тогда я еще не отошла от наркоза… и все чудом обошлось. Лучше было не экспериментировать.
35
Композиция: «Бесконечность», исполнитель: Zемфира, альбом: «Четырнадцать недель тишины» (2002).