Когда обряд венчания завершился, шлейф свадебного платья отцепили, и я смогла с легкостью передвигаться. Да… я позволила прошлому уйти и двинулась навстречу настоящему. Держась за руки, мы с моим новоиспеченным мужем, счастливые, выходили из храма и снова слышали крики людей, на всех языках желавших нам счастья. Это было нечто особенное. Как оплатить подобные проявления любви? Они не имеют цены.
И вот мы заходим в красиво оформленный зал, где находились 500 гостей. В разных концах зала начали образовываться группы людей. С одной стороны стояли все мексиканцы и друзья, говорящие по-испански, а с другой — все американцы. Этой ночью нас ожидал большой сюрприз, когда неожиданно выключили свет, и тишина была нарушена Донной Саммер, исполняющей первые аккорды песни «Последний танец». Это был огромный подарок для меня, поскольку она одна из моих любимых певиц. Стоило ей появиться на сцене, как все бросились танцевать, подпевая ей. Когда мы были уже изрядно навеселе, на маленькую сцену водрузили Эмилио Эстефана, который порывался сыграть на барабанах, пока его жена Глория пела вместе с Марком Энтони и Донной Саммер, а один из моих племянников играл на гитаре. Потом на сцену поднялись мы с Томми и комедийная актриса Рози О’Донелл, и мы втроем дружно спели хором. Со сцены я смотрела, как танцуют Дженнифер Лопес, Дэнни де Вито, Кристина Саралеги, Лили Эстефан, а поодаль среди остальных сидели Майкл Джексон, Роберт де Ниро и Брюс Спрингстин. Это была большая честь для меня! Я и мечтать не могла, что когда-нибудь буду праздновать свою свадьбу в компании таких выдающихся артистов, записи которых я всегда возила с собой и постоянно слушала. В какой-то момент этого вечера Томми усадил меня на стул рядом со сценой, схватил микрофон и стал петь мне классику из Фрэнка Синатры «Ты в моей душе». Это было прекраснейшее мгновение, потому что я знала, что всегда буду в нем, во всем его существе, в его душе.
Подобно Золушке в двенадцать ночи, все американцы бросили веселиться и разошлись. Я подумала: «Как же так? Ведь праздник только начался!» Зато все латиноамериканцы, напротив, пребывали в радостном воодушевлении. Группа мексиканских гостей спросила у меня: «Тали, в котором часу подадут посоле[55]», потому что в Мексике свадебные ужины заканчиваются почти на рассвете и не обходятся без очень вкусного, от души наперченного посоле. Здесь, в самом сердце Манхеттена, была частичка моей родной земли.
Я неплохо распланировала свои наряды и все прекрасно организовала, но когда мы с Томми решили «сбежать», то поняли, что никому из нас не пришло в голову, что нам понадобится что-нибудь теплое, чтобы укрыть меня. Мое третье платье было очень легким, а на дворе стоял декабрь, и температура была ниже нуля. Я замерзну, если выбегу так! Я быстро огляделась по сторонам и заметила жену моего племянника с рыжей меховой шубкой, кажется, лисьей. Я подбежала к ней и, практически, выхватила шубку у нее из рук, сказав: «Завтра я пришлю ее в отель». Мы с Томми отправились в наш медовый месяц.
Брак и семья
Как все молодожены, мы с Томми начали налаживать свою новую жизнь, все деля на двоих, и все решая вместе. Мы оба постоянно учились совместной жизни, построению наших отношений, планированию каждого шага, каждой идеи. Для нас обоих это был каждодневный труд — раскрывать допустимые пределы жизни другого человека, не нарушая границ его личного пространства. Все это было вызовом, чудесным вызовом, который позволял нам упрочить наш брак и закалиться как супругам и как личностям.
После свадьбы я продолжила работу над своими проектами. Я начала готовить свой новый диск
«Arrasando» и концертное турне, диск на английском языке и дуэт с Фэтом Джо (американский рэпер). Я развернула свою линию одежды под маркой «Талия» для сети магазинов, коллекцию шоколада с фирмой «Хершис», коллекцию очков и солнцезащитных очков. Словом, я была очень занята. В конце концов, это часть моей учебы и роста. В моей семье большинство сестер работает, это было частью нашего воспитания. Как говорится в моей песне «Шагай вперед, не смотри назад». Я продолжала заниматься тем, что умела: работать, чтобы расти вместе с мужем, с которым мы жили как два вечных подростка, несмотря на разницу в возрасте. Наша разница в возрасте для меня абсолютно нормальна, поскольку моя мама, как и мои сестры, вышла замуж за человека, который был гораздо старше ее. По правде говоря, у самого молодого из моих свояков разница в возрасте с моей сестрой составляет десять лет, а самая большая разница — двадцать два года. Словом, я всегда считала нормальным находиться рядом с мужчиной, который старше меня. Это — часть нашей фамильной женской истории.
Тема выбора отца моих детей всегда наводила на меня ужас. Я боялась, что он окажется не очень хорошим отцом или не станет заниматься со своими детьми. Я боялась, что что-нибудь случится, и он умрет так же, как мой отец. После нескольких лет замужества, я подумала, что пришла пора родить ребенка, тем более что мои биологические часы уже звенели. Когда мы начали планировать появление ребенка, я поняла, что Томми в этом вопросе такой же новичок, как и я, хотя у него уже было двое детей от первого брака. Тогда он долгие годы так много времени уделял своей работе и карьере, отдаваясь им душой и телом, что упустил лучшие мгновения первых лет жизни своих детей. Практически, мы были двумя людьми, которые говорили о детях и хотели иметь их, но у нас обоих не было ни малейшего опыта.
С тех пор, как я захотела ребенка, он постоянно появлялся в моих мыслях, я неотступно думала о нем. Я боялась оказаться не готовой к материнству. В моей голове непрестанно крутились самые противоречивые мысли. «А вдруг я окажусь плохой матерью? — думала я. — Я не хочу повторять линию поведения моей семьи»… А вдруг мы с Томми окажемся плохими родителями? — сомневалась я. Со скорострельностью пулемета тысячи мыслей в час проносились в моей голове. Единственное, о чем я могла думать, так это то, что я не хотела повторять свой семейный уклад, и еще меньше хотела, чтобы Томми повторял свой. Я была убеждена в том, что мы с Томми должны были найти способ уделять нашим детям столько времени, сколько это необходимо для того, чтобы они росли счастливыми и уверенными в себе. Мы не должны были позволять работе оказываться выше наших семейных отношений. Нужно было отыскать необходимое равновесие в наших рабочих и семейных делах.
Также я уверяла себя, что нужно быть справедливой по отношению к Томми и не осуждать его как родителя за прошлое, потому что все люди меняются. Мы имеем не только права, но и способность становиться с каждым днем лучше. За то, чтобы снова стать отцом, он отдал бы жизнь, и только это единственное я должна была брать в расчет. В своем настоящем я использовала жизненный урок — забыть прошлое и не слишком думать о будущем. В своем настоящем я нашла человека, который стал спутником моей жизни. Томми был мужчиной, о котором я всегда мечтала, и отцом, которого я всегда хотела дать своим детям.
Естественно, что в жизни не все получается так, как мы планируем. Когда мы, наконец-то, решили, что готовы к рождению ребенка, мне никак не удавалось забеременеть. Мы старались зачать ребенка с 2004 года, и если я могла раскаиваться в чем-то, так это в том, что не старалась забеременеть раньше. Мы так быстро поженились, что меня это сильно смущало. Никто не говорит тебе, что после тридцати у женщины начинает уменьшаться количество яйцеклеток, способных к оплодотворению, а после тридцати пяти ты можешь забеременеть лишь при некоторой доле везения, потому что женщины рождаются с определенным числом яйцеклеток, которые с годами умирают. Присовокупите к этому еще и то, что сегодняшнее общество говорит тебе: «Добивайся успеха, в первую очередь делай карьеру, а потом у тебя еще будет время завести детей». Сколько мы не падаем в эту ловушку, но потом с сожалением оглядываемся назад, потому что наши тела уже не настолько сильны для беременности! У некоторых эта ловушка таится в семье. Мы смотрим на собственных матерей и бабушек, у которых не было иного выбора, кроме как сидеть дома, рожать и заботиться о детях с семнадцати лет. Они же, видя, что у нас есть альтернатива, всячески подбадривают нас, чтобы мы не совершили ту же «ошибку», что и они. Мое тело уже устало от работы на износ, от бесконечных поездок, бессонных ночей, самолетов, смены часовых поясов, вдобавок к этому я была в центре внимания.
55