[161] в Голландии, еще до того, как они были признаны Испанией. Вильгельма Оранского [162] и его преемников в Англии наши предки считали вполне кошерными даже в те времена, когда Стюарты еще предъявляли свои права на престол. А Соединенным Штатам Северной Америки мы простили их революционное происхождение еще по Гаагскому договору 1785 г. [163]. Царствующий ныне король Португалии [164] посетил нас в Берлине. Мы породнились бы с домом Бернадота [165], если бы не появились случайные препоны. Но когда и по каким признакам все эти силы перестали быть революционными? Несомненно, их нелегитимное происхождение прощается им с того момента, как они перестают быть опасными для нас, да и после принципиальных возражений не возникает, если они без всякого раскаяния и даже с гордостью продолжают признавать бесправие своим источником. До Французской революции я не вижу примера, чтобы какой-нибудь государственный деятель – даже самый добросовестный и христианнейший – вздумал подчинить все свои политические устремления, все свое отношение к внутренней и внешней политике, принципу «борьбы с революцией», и только этим принципом оценивал бы взаимоотношения с другими странами. Но ведь принципы американской или английской революции очень похожи на те, которые во Франции привели к нарушению правопреемственности, если не говорить о размахе кровопролития и различных, смотря по национальному характеру, бесчинствах в области религии. Я не могу допустить, чтобы до 1789 г. не было ни одного такого же христианского и консервативного политического деятеля, так же хорошо сознававшего, в чем зло, как вы и я, и чтобы он не обратил внимания на истинность того принципа, который мы считаем основой всякой политики. Я не вижу к тому же, чтобы мы применяли этот принцип ко всем революционным явлениям после 1789 г. так же строго, как к Франции. Подобное правовое состояние в Австрии, процветание революции в Португалии, Испании, Бельгии и в насквозь революционной современной Дании, открытое исповедание и пропаганда основных революционных ценностей английским правительством, применение их хотя бы в нейенбургском конфликте – это все не мешает нам смотреть на отношения нашего короля с монархами этих стран терпимее, чем на его отношения с Наполеоном III. Что же такого вернутьсяГенеральные штаты – сословно-представительное собрание Соединенных провинций Нидерландов, восставших в XVI веке против испанского владычества.
вернутьсяВильгельм III Оранский (1650–1702) – с 1672 г. штатгальтер (глава) Нидерландской республики; в 1688 г. был возведен на английский престол.
вернутьсяИмеется в виду договор о дружбе и торговле между Пруссией и США, ратифицированный конгрессом США в 1786 г.
вернутьсяКороль Педро V (1837–1861) – сын Марии II да Глориа и Фердинанда Саксен-Кобург-Готского. Переход престола к его матери Марии II был связан с продолжительной борьбой с претендентом на престол, доном Мигелом.
вернутьсяВ Швеции в 1810 г. ввиду бездетности короля наследником престола был избран наполеоновский маршал Бернадот, принявший имя Карла-Иоганна (Карл XIV).