И здоровенные могучие мужики сникли перед жирным боровом. Спасовали перед толстосумом. Никто из них и слова поперёк не проронил. Зато постоял за правду тот, кто ещё не окреп телом, да был силён духом.
Из толпы вышел Иса и, дерзко глядя в глаза хаму, заговорил негромко, но так, что прожигал насквозь атмосферу кривды и зла, что нависла вокруг:
– Святое писание рассказывает, как однажды слепой потерял все деньги, что ему подали добрые люди. Он поднял голову к небу и сказал: «Спасибо, Господи, что взял деньгами». И слепец был прав, ибо на себе испытал, что деньги – далеко не самое главное. Тогда Бог за его мудрость, веру и терпение даровал ему зрение. В другой же раз Всевышний услышал стенания скопидома, который, натягав тысячу талантов34, жаловался, что у соседа их втрое больше. И изрёк Всевышний: «Алчность – смертный грех. Нельзя быть таким жадным. Хочешь, я тебя сделаю просто счастливым?» «Счастливым? А что Ты мне за это дашь?» – спросил скопидом. И вознаградил его Бог, дав по десять пальцев на каждой руке. Ан не могли те персты удержать даже лепты. И много денег потекло, да все мимо. Потому и прозвали скопидома люди Рукожопым.
Сегодня ты, Сисой, отнял у наших отцов сущую малость, – издевательски поклонился ему Иса. – Спасибо, что взял деньгами. Но знай, что признание людское потечёт мимо тебя. И теперь ты не просто Сисой, как наречён при рождении, и не Большая Задница, как зовут тебя за спиной, но Сисой-Большая Жадница! Отныне, присно и вовеки веков – Сисой-Большая Жадница! Амен!
Бригада молча разбрелась от коптильни, брезгливо обходя толстобрюхого воротилу, который словно паршивая собака костью поперхнулся. Но позже, когда мужики «с устатку» дома выпили пьяного вина и «отошли от напряга», они от души погоготали над осквернённым Сисоем. И долго ещё то тут, то там с окраинных дворов Каперны летел в ночное небо простодушный и искренний хохот: «Ну, надо же…Большая Жадница! Га-га-га!!! Мол-лодец, Иса! Хор-рошо сказал!…»
8
Ос отмечал окончание строительной кампании с сыном Савлом и другими мужиками допоздна. Потому с Исой они вышли из Каперны на следующий день лишь после обеда. До околицы старого да малого дружной ватагой проводили местные мальчишки. А вот Андрей и Пётр прогулялись с ними даже до могилки Уды Илейского – настолько им не хотелось расставаться с новым другом.
Ос чувствовал себя не очень хорошо и шагал неспешно. Ису же ноги несли сами собой. Он готов был лететь весёлой птахой, ибо впереди его ждали две женщины: Ма в Далене и мама в Арете. Старик не поспевал за ним. И его постоянно приходилось поторапливать.
– Внутри-то мне кажется, что я бегу, аки конь, – с одышкой оправдывался он перед юным попутчиком, – а снаружи-то тело плетётся, аки черепаха. Дряхлею я…
– Не надо было пить да полуночничать! – сердился подросток.
Но сердился он про себя, не высказав и намёка на попрёк. Во-первых, Иса любил Оса и видел, что тот старается. Во-вторых, благодаря Осу они заработали денег, которых должно было хватить на дом из необожжённого кирпича. На тот самый дом, куда Иса (после сватанья и достижения пятнадцатилетия) приведёт Ма. Потому мальчик лишь огорчённо вздыхал, а когда они брели в гору, брал старика за руку и тянул наверх.
И всё же, как результат мелких и досадных препятствий, пара доплелась в Далену, когда над их головами уже светились поздние звёзды. Потому и проснулся влюблённый романтик в жилище у знакомых Оса далеко не с первыми петухами. А когда он прибежал к пещере Ма, то обнаружил у входа целых четырёх лошадей на привязи, которых сторожил какой-то человек при оружии.
Недовольно оглядевшись, Иса увидел неподалёку сестрёнку Ма Руту, с которой познакомился в прошлый свой приход. Рута играла в куклы с подружками. Он поманил её, а когда девочка приблизилась, попросил:
– Мир тебе, Рута. Будь добра, вызови Ма.
– Нельзя, – предварительно оглянувшись, прошептала та.
– Почему? – тоже невольно понижая голос, осведомился подросток.
– Сватают Ма, – важно пояснила девчушка. – Эти сваты уже второй раз приезжают. Папа даже нам с братом сказал погулять. Чтобы не мешались.
– А кто сватается? – встревожился запоздавший гость.
– Какой-то Магид. И с ним ещё другие…Говорят, у Магида отец – главный.
– Магид…это такой…с угрями? Ну, с такими чёрными точками на лице?
– Ага.
– А с ним нет такого…кривоногого?
– Ага. Есть.
Иса сжал пальцы в кулаки, вычислив, что на смотрины приехал сынок тетрарха Магид в сопровождении Шимона. Он укрылся за купиной и стал караулить, сам не зная чего.
34
Талант – древняя золотая монета весом от 8 до 30 граммов (в различных странах), либо мера золота весом в несколько килограммов.