- Хм... - только и смогла я ответить обезумевшему от горя юному дракону.
Но позже, когда предполагалось, что я дремлю, я стала размышлять. Пэн, оставшись размером вполовину меньше самого большого бронзового дракона на Перне, смог бы разместиться в большинстве отсеков "Экскалибура", кое-где не слишком удобно, но смог бы. Я мысленно заметила себе как можно скорее попросить выслать мне планы "Экскалибура".
Через два дня после разговора Пэна с Мнементом Брекки позволила мне бывать всюду и уходить в Промежуток. Она решила, что мы можем начать и изучение перинитской медицины, по крайней мере, тех областей, с которыми я не сталкивалась за восемнадцать месяцев, уже проведенных мною на Перне. Она не ведала, по какой необъяснимой причине меня сняли с летного дежурства, но я-то знала: Брекки едва ли не больше всех ухаживала за мной, пока я бредила, поэтому я была уверена, что она тоже догадывалась об истине. Она решила, что нашей первой остановкой станет Чертог Целителей в Форт холде. Я бывала там, когда вместе с другими воспитанниками училась летать в Промежутке, но размер холда никогда не переставал поражать меня. Мы приземлились во внутреннем дворе Чертога Арфистов, находящегося слева от основной части Форт холда. Мне пришлось отослать Пэна ждать меня в сияющие выси, а Брекки послала свою огненную ящерицу-королеву составить ему компанию, когда ее предупредили о недавних шалостях некоторых огненных ящериц холда.
Она провела меня по извилистым коридорам холда в небольшой Чертог Целителей. Оттуда мы спустились в кладовую. Брекки продолжила рассказывать мне, как что хранится, говорила называния всех трав и каким они обладают действием. Трикордер мой непрестанно жужжал, записывая все, что она мне показывала и рассказывала. Даже спрятанный среди моей амуниции, он, тем не менее, улавливал большинство сказанного и того, что мне показывали. Они располагали множеством трав и мазей, но среди этих снадобий не нашлось такого, по сравнению с которым у Федерации не имелось бы чего-то более совершенного. Единственное, что меня все так же пленяло - это болюйди-трава. У Федерации не было подобной мази, обладавшей бы и обезболивающими, и антимикробными свойствами. Можно себе представить, насколько широко мы могли бы пользоваться этой мазью для первичного лечения ранений у высадившихся на незнакомые планеты, да и вторичного тоже, если люди по какой-либо причине не могут вернуться на корабль (такое временами случается). До сих пор Федерации не удавалось получить подобный медикамент, поэтому, если когда-то наличие жизни вне Перна станет достоянием гласности и периниты вступят в Федерацию, болюйди-трава могла бы стать неплохим предметом товарообмена.
Мы провели в кладовой почти полдня, а затем Брекки забрала меня обратно в Чертог Арфистов. Она упомянула о возвращении Менолли и сказала, что Менолли с удовольствием встретилась бы со мной - наконец-то! Брекки сказала, что Менолли - еще одна знаменитая перинитка: она - единственная женщина, отправившаяся в Путешествие Арфистов, и это - проведя лишь неделю в Чертоге Арфистов. Удивительно, как мы раньше не встречались.
После некоторых расспросов выяснилось, что Менолли - в Архивах, роется к кипе каких-то старых песен, только что обнаруженных в одной из недавно переоткрытых в Бендене забытых кладовых. Следуя указанному направлению, мы дошли до комнаты, где размещались Архивы. По дороге туда мы миновали коридор, показавшийся мне знакомым, и я сообразила, что мы прошли как раз мимо этой комнаты, когда возвращались в основную часть Чертога Арфистов.
Когда вошла Брекки, Менолли обернулась.
- Брекки! Ты как? Драконий век тебя не видела!
Брекки рассмеялась.
- У меня все отлично. Я вижу, над тобой не парит обычная выставка огненных ящериц.
Менолли ответила чуть печально:
- Робинтон запретил моим любимцам быть здесь вместе со мной. В прошлый раз они везде разбросали свитки, и некоторые песни после этого стало невозможно прочесть.
- Знакомое дело, - отозвалась Брекки. - Меня тоже предупредили, чтобы я оставила свою королеву снаружи. Вот она и составляет Пэну компанию, пока мы с Карен здесь.
Тут только Менолли меня заметила.
- Так, значит, это ты Запечатлила того бронзового. В свое время об этом не один день судачил весь Чертог Арфистов. Сто лет, как я хочу тебя увидеть, но ведь ты училась в Вейре, а такую взятку, чтоб наставник позволил тебе увидеться с кем-то посторонним, не накопишь и за Оборот. А поскольку ты была известна гораздо больше остальных, он особо постарался, чтобы тебя никто не беспокоил. Так что к тому времени, когда он отменил свои самые строгие ограничения, былое любопытство уже улеглось, а мне дали другую работу.
- Вот оно что, - сказала я. - Чувствовалось, что меня специально держат в одиночестве, но после всех волнений я была только рада, когда вокруг меня все стихло. А потом мы так замотались с драконами, что я больше об этом и не вспоминала.
- В любом случае, народ все еще старается сложить о тебе приличный напев. Но никто ведь не знает ничего ни о тебе, а о том, откуда ты на самом деле - и того меньше, потому ничего еще и не написано.
- Ты хочешь сказать, что до сих пор ничего не написала? - усмехнулась Брекки, пытаясь скрыть прозвучавшее в голосе удивление. - Я только за этим сюда Карен и привела...
- Знаешь, весь последний Оборот выдался настолько суматошный, что не было никакой возможности писать. Вот и сейчас я только что вернулась из последнего путешествия. Робинтон сразу же послал меня прямехонько сюда посмотреть, нет ли среди этих песен, найденных в Бендене на прошлой неделе, чего-то стоящего. Помочь не хотите?
- Конечно! - ответили мы с Брекки хором и переглянулись. А потом рассмеялись все втроем.
- Думаю, мы немного устали просматривать медицинские запасы, - сказала я.
Менолли вручила нам по вороху свитков.
- Можете начать прямо здесь.
Около часа стояла тишина. Выросли кипы и выброшенных, и отобранных свитков. Выбрасывали в основном испорченные настолько, что на их поверхности не удавалось ничего разглядеть, такие, которые не стоило хранить дальше. В кипе отобранных свитков лежали те, на которых уцелело достаточно слов, чтобы догадаться, о чем говорилось в песне.
Вдруг Менолли тяжело задышала. Мы с Брекки оторвались от работы и увидели бледное лицо, всматривавшееся в нас поверх какого-то свитка.
- Что случилось, Менолли? - спросила встревоженная Брекки.
- Прочтите, особенно ты, Карен. Тут, я думаю, о тебе.
Менолли вручила мне свиток. Пока я читала, Брекки глядела мне через плечо. Это была старая песня... без музыки, остались только слова.
С невиданным именем
Зоркий дракон
Найден пришельцем
И Запечатлен.
Цветом он бронзов,
Всадник - девица.
Сквозь космос дракон
Вместе с ней устремится.
Девица - целитель
По имени К'рэн.
Дракона звать
Вовсе неслыханно - Пэн.
Отметит обоих
Нитей ожог:
Ей - над коленом,
А ему - бок.
Она чуть не погибнет,
Но подруга спасет;
Да еще друг-пришелец
На помощь придет.
Неразлучны, вдвоем
В корабле полетят.
Врагов всей вселенной
Сообща победят.
Из металла корабль их
Целый мир облетит.
И со всеми дракон
Без труда говорит.
Тот бронзовый ростом
Не сможет гордиться,
Но зато в корабле
Хорошо разместится.
Однажды, наш Перн
Захотев погубить,
Пришельцы хохлатые
Станут грозить.
И о помощи зов
Ко дракону помчится;
Флот прекрасных судов
Второпях возвратится.
Чужаков отобьют,
Корабли их рассеют.
Рад будь, Перн: в нужный час
Пэн вернуться сумеет.
Всадник вместе с драконом
Предан нашей планете.