Полковник собрался уже повторить сеанс связи, как вдруг из динамиков вместо привычного женского голоса, объявляющего остановки, раздался слегка запинающийся мужской баритон.
– Уважаемые пассажиры, на следующей станции убедительно просим вас покинуть вагоны. По техническим причинам поезд следует в депо.
Последние его слова заглушены резким усилением шума при въезде на «Электрозаводскую». Морозов вместе с остальными попутчиками вышел из вагона и, не дожидаясь другого поезда, поднялся на поверхность. На сердце у него отлегло.
Вечером, в половине шестого, прохожие на Измайловском проспекте внезапно услышали резкий хлопок, донёсшийся со стороны линии метро. Некоторые рассказывали, что видели даже всполох пламени на облаках.
На станцию «Первомайская» поезд прибыл в полном составе, но с изуродованным взрывом третьим вагоном. Через разбитые окна видны сломанные сиденья и ободранная обшивка. На станции поезд уже ждали работники транспортной милиции. По всем признакам имел место террористический акт.
8 января. Москва. Улица Дзержинского. Генерал-майор Алейников.
Гастрономом на Дзержинского Алейников решил заняться лично. Не хотелось ему выглядеть идиотом в глазах друзей. В половине шестого он зашёл в магазин, подошёл к прилавку, внимательно осмотрел лежащие сыры, перевёл взгляд на колбасы. Также внимательно их изучил, но вдруг взгляд его замер. Генерал поднял голову и сказал продавщице следившей за ним с пристальным вниманием:
– Товарищ продавец, что это у вас за сумка лежит в углу?
– С утра ничего не было. А сейчас не знаю, мне из-за витрины не видно. – Женщина, не спеша, обошла прилавок, проплыла мимо немногочисленных покупателей, и собралась открыть непонятную черную торбу, как движением руки генерал её остановил.
– Тихо! – Шёпотом скомандовал он, – слышите? тикает…
Лицо тётки тут же побелело. Руками она закрыла себе рот и начала пятиться к дверям.
– Где здесь ближайшее отделение милиции?
– Какая милиция? Нет, не знаю… Нет тут милиции… В нашем доме КГБ. – Забормотала перепуганная женщина.
– Хорошо! Тогда быстро закройте магазин, ни в коем случае сумку не трогайте, сами выйдите на улицу и никого не подпускайте. Я схожу, договорюсь о сапёрах.
Пока они переговаривались, пока Алейников дошёл до КПП комитета госбезопасности, пока там уговаривал дежурного, полчаса до взрыва истекло. До КПП долетел звук похожий на хлопок.
– Слышал, лейтенант? Доупирался? – голос генерала стал презрительным, – не быть тебе капитаном. Похоже, рвануло. Дай бог, чтобы никого не прибило.
Серия взрывов потрясла столицу. Свидетелей много. Власти, как обычно в СССР, никакой информации не давали, что служило поводом для самых замысловатых слухов. Одни говорили, что это американцы таким способом хотят сорвать Олимпиаду, кто-то обвинял сионистов, кто-то китайцев. Ходили слухи, что это «блатные» ставят под контроль «барыг», что бандиты Монгола громят волков Япончика[115]. Слухи обросли множеством кровавых жертв и масштабными разрушениями.
«Голос Америки», «Свобода», «Би-Би-Си» и другие вражеские голоса уже на следующий день смаковали в эфире все эти сплетни, добавляя версию о причастности к взрывам КГБ, как провокацию, направленную против «борцов с советской тиранией».
Тут власти, наконец, спохватились, поняли, что дальше замалчивать нельзя, и 10 января ТАСС дал весьма умеренную и сдержанную информацию о событиях. Информагентство сообщило, что 8 января в вагоне столичного метрополитена и в магазине № 15 произошли взрывы небольшой мощности, пострадавших нет. Про третий взрыв вообще промолчали.
КГБ срочно занялся поисками виновников, но следов практически не осталось. Только через год будет найдено ещё одно взрывное устройство, с помощью которого выйдут на след армянских националистов, больше похожих на сумасшедших. Их назначат виновными, проведут через закрытый суд и быстро расстреляют. Народу так и объявят. а он с готовностью поддержал быструю расправу. Диссиденты притихли и сидели, как тараканы под веником.
9 январь. Новосибирск. Борис Рогов.
На следующий день в воскресенье Морозов позвонил мне и, довольный успехом проведённой операции, благодарил за такое полезное дело, как спасение человеческих жизней.
Я тоже рад тому, что удалось избежать человеческих жертв. Нет даже раненых. Хорошо бы ещё, чтобы КГБ ничего не нашла на ветеранов. Если их найдут, то выйдут и на меня.