Тем не менее, даже если кто-нибудь сделает вывод, что Князь Света вступает в битву с Князем Тьмы, вовсе не обязательно подразумевать при этом, что они суть не что иное, как абстрактные персонификации. Одно из самых популярных сочинений, созданных в поздней античности — «Psychomachia» Пруденция (конец IV века), об аллегорической битве между Добротелеями и Пророками. Название означает — «Сражение за душу».
Между прочим, Фрей приходит к заключению, что мысли и образы кумранского «Свитка войны» не оригинальные, но происходят из более раннего, маккавейского периода.
Позвольте закончить наш обзор полярностей Кумранской библиотеки ещё одним дуализмом, относящимся к краткому наставлению в «Двух Духах»: «До сих пор Духи Правды и Кривды враждовали в сердце человека, и они входили в Мудрость и Безрассудство». Классический контраст между Госпожой Мудростью и Госпожой Безрассудством встречается в 9-й главе Книги притчей Соломоновых. Мудрость создаёт изобильное домашнее хозяйство и испускает густой аромат приглашения к людям прийти на обед. Безрассудство делает то же самое. Как и в случае с князьями Света и Тьмы, здесь нет взаимодействия между той и другой госпожой. Если имеют место прямые дружеские отношения, то только с людьми.
Большой фрагмент поэмы о Мудрости из 4-й пещеры[9] тщательно продуман относительно Госпожи Безрассудство.
«Её пути — пути Смерти, и её дороги — тропинки к Греху.
Её следы, сбивая с пути, ведут к злобности, и её дорога — к вине проступка.
Её врата — врата Смерти, и на въезде к её дому начинается Шеол».
Звучит хорошо знакомо, не так ли? Можно легко заменить Велиалом или Князем Тьмы.
Результат нашего путешествия в Вади-Кумран, по берегам Мёртвого моря, тот, что, если не считать «импортных» текстов, вроде Книги Иова и «Книги Юбилеев», здесь нет «активных» персонажей, воодушевлённых дурным поведением. Они не кажутся небесными существами, подвергающими испытаниям, обвинителями или гонителями, действующими под руководством или наблюдением Бога. Скорее мы видим только бездушные аллегорические или метафорические фигуры, которые занимаются своим бесхитростным делом, а затем исчезают. Другими словами, здесь нет Сатаны.
Часть II Новый Завет: Сатана вступает в свои права
Дьявол сказал Иисусу: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю её.
Глава 3 Святой Павел, первый христианский писатель
3.1 Послания к Фессалоникийцам, Первое послание к Коринфянам: Сатана как искуситель и каратель, а также как перевоспитатель
Переходя к Новому Завету, позвольте сказать, что, хотя практически каждая тема Священного Писания подверглась тщательной критической оценке, большинство экзегетов удивительно некритичны, когда дело доходит до разных сатан и Сатаны. Они вполне удовлетворены, показав, что различные зловещие фигуры, такие, как Велиал и Вельзевул, в еврейских и христианских источниках слились в образе Сатаны, не придавая значения тому, когда это произошло. Они предполагают также, что ко времени, когда было написано Христианское Священное Писание, этот Сатана стал олицетворением абсолютного зла, противником Бога, не задаваясь вопросом, как и когда это случилось.
Надеюсь, что к данному моменту уже ясно, что мы действуем более внимательно и скептически. Мы стараемся не принимать что-либо как не требующее доказательства, а просто позволяем говорить фактам.
Теперь обратимся к св. Павлу. Из двадцати семи книг Нового Завета тринадцать являются Посланиями, авторство которых приписывают Павлу. В этот список не включается Послание к Евреям, которое считается анонимным. Послания Павла расположены в Новом Завете не в хронологическом порядке, а в соответствии с размером — от более длинных к более коротким, как главы в Коране. Кроме того, Послания разделены на две группы.
Первая группа — письма к целым конгрегациям: к Римлянам, 1-е и 2-е к Коринфянам, к Галатам, Ефесянам, Филиппийцам, Колоссянам, 1-е и 2-е к Фессалоникийцам. Дальше следуют три «пастырских» Послания, затем ещё одно, и все они адресованы отдельным людям: 1-е и 2-е к Тимофею, к Титу и Филимону.