Прощались с ребятами второпях, за ними уже подводы прислали. Обнял Мишку, проследил за погрузкой нашего крупнокалиберного Березина, давно переделанного под ручную перезарядку с механическим спуском, и подкинул еще укупорку бронебойно-трассирующих патронов. Даже Порошенко руку пожал — видно, что трусит, аж белый весь — но ведь идет же.
Личный состав полка отправился на станцию пешим ходом на следующий день. Та еще картинка — красные командиры, навьюченные своими вещами прямо как верблюды. Впереди две телеги со штабными бумагами. Полтора десятка километров тащились долго, только к обеду притопали. Посмотрели, как пополнение выгружается. Обмундированы кое-как, некоторые вообще в гражданке. Оружие тоже разнокалиберное, трехлинейки, тяжелые ППШ и немного «Светок»[21]. Елизарыч самозарядку Токарева хвалит, но говорит что сложновата немного для деревенщины, типа нашего бывшего оружейника.
В тыл тащились аж двое суток, перебиваясь в теплушках сухим пайком. Одна радость — кипятка на станциях из титана набрать. Потом валяешься на криво сколоченных нарах и вдыхаешь ароматы портянок и прогнившей соломы. Свежую набрать негде — хоть и стояли на полустанках подолгу, но вдруг зарядившие дожди со снегом…
Выгрузили нас в расположении стоявшей здесь раньше танковой части — казармы, жилье комсостава, склады и большущие боксы. А нынче приказано развернуть запасной авиаполк. Пока только командование прислали и красноармейцев старшего призывного возраста.
Я вольготно расположился в казарме младшего начальствующего состава — других сержантов и старшин ни в ЗАПе, ни в прикомандированном составе пока нет. Знай себе в печки уголь подкидывай да в столовку вовремя бегай. Кормят отвратительно, но с голоду не помрешь. Отдыхаю, в общем. Уже целых два дня. Вот только майор Гольдштейн как видит, так странные взгляды бросает, как будто работенку какую-то подкинуть хочет. Ох, не к добру это.
Вот ведь как чувствовал! Прибежал красноармеец-посыльный — в штаб меня вызывают. В общем отделе полковая машинистка ефрейтор Танька Злобина с какой-то девкой в форме младшего воентехника шушукается. Красивой, надо признать, девушкой. Невысокая, беленькая — как мукой обсыпали — глазищи серо-зеленые, как комсоставовская гимнастерка на груди не лопается, совершенно непонятно, но взгляд какой-то отстраненный, холодный. Пришлось козырнуть старшей по званию, так как в ушанке был. Танька-замухрышка отмахнулась, показывая на дверь кабинета. Постучал, вошел, доложился. Майор Гольдштейн переглянулся с присутствующим Елизарычем и без предисловия давай втыкать — война войной, а обед по расписанию. Октябрь месяц идет, то бишь, занятия в школах уже давно начались. Комполка в только что полученном письме требует обеспечить младшему сержанту Воскобойникову учебный процесс по месту службы. Тем более что по знаниям — хитро так улыбнулся, намекая на самовольную прибавку в возрасте — от своего десятого класса, в котором должен учиться, этот сержант явно отстает.
— Борис Львович, как майор Коноваленко? — осмелился перебить командира.
— Выздоравливает, — протянул мне вскрытый конверт начальник штаба, даже не думая хоть как-то внешне выказать недовольство, — потом почитаешь. А сейчас давай о твоей учебе поговорим.
Вот тут-то все и началось. Изволь получить у адъютанта первой эскадрильи учебники, он специально за ними в город ездил, и заниматься. С товарищем Свиридовым — эк он обтекаемо гэбэшника величает — будешь изучать немецкий язык. Никаких «парле ву франсе» — сейчас, в тяжелое время войны с немецко-фашистскими оккупантами «шпрехать» нужнее. И где мы тебе здесь знатока французского найдем? Значит, станешь полиглотом! Литературу и русскую письменность берет на себя присутствующий здесь начальник штаба майор Гольдштейн. Химия соответственно на начальнике химслужбы. Все равно кое чем груши околачивает, только и знает, что противогазы у красноармейцев и огнетушители проверять. Ну а современной историей попросим уважаемого комиссара с тобой позаниматься — очень злобно переглянулся с воентехником второго ранга Кривоносом — пусть только попробует отказаться от дополнительной нагрузки. Еще раз переглянулись, но уже с надеждой — может быть митингов по любому поводу меньше будет? Политинформациями обойдемся?
21