Выбрать главу

Только тогда я замечаю обостренные черты Его Величества. Так его прозвали в отделе из-за его инициалов(по английски). У нас, HM, это означает Его Величество.

- Что-то особенное, - отвечает он. Но не будем здесь останавливаться. Моя машина ждет снаружи. Мы захватим ваш багаж.

Без дальнейших объяснений он пробирается к выходу. Я следую этому примеру. У меня начинает прорываться любопытное ощущение. Что здесь происходит? Я не знаю, но у меня такое чувство, что будет что то неприятное ...

*

* *

- Что вы знаете о НАТО? - спрашивает Его Величество, как только мы садимся на заднее сиденье его лимузина.

Заинтригованный, я краем глаза поглядел на него. Намерен ли он задать двадцать вопросов, прежде чем объявить о миссии, которую мне нужно было поручить? Я все равно отвечаю. Историю вроде знаю.

- Это Организация Североатлантического договора, шеф. Я считаю, что Атлантический пакт был заключен в 48 году.

Он ненавидит, когда его называют шефом. Я смеюсь себе под нос, наблюдая, как он хмурится. Это глупо, но немного меняет мнение.

Он строго поправляет. - В 49-м

- Так точно, шеф. Наш посредник - Боб Бернс. Я работаю с ним несколько лет назад. Такой парень!

Мандель согласно кивает.

- А сама организация? Что ты об этом знаешь?

Все эти маленькие вопросы начинают всерьез щекотать спящего во мне авантюриста. Я как бы чувствую, что собираюсь пересадить эту штуку. Ах, совсем маленький последний раз ... Он не соображает ...

- Ничего особенного, - говорю я. Крупные парни в организации составляют так называемый Североатлантический совет. Ниже - генеральный секретарь НАТО, его команда, а затем Военная комиссия. На этом моя наука практически заканчивается, шеф.

- А как насчет секретных документов? - спрашивает заместитель Хоука.

Я пожимаю плечами.

- Серия 100 касается сотрудничества с коммунистическим блоком. 200 серия - распределение вооруженных сил того же коммунистического блока ...

Он прерывает меня.

- А серия 700?

Там я сглатываю полдюжины раз и поворачиваюсь к нему глазами лотереи. Небольшая капля жемчужного пота над серой линией, которая служит его верхней губой. Не могу не думать, что если он любит текилу, ему незачем просить солонку. . Я быстро возвращаюсь к тяжести ситуации:

- Это самое главное, шеф. Более низкие числа относятся к ядерной ударной мощи НАТО, а более высокие числа относятся к способности государств-членов противостоять атомной агрессии.

- Верно, - подтверждает Мандель. А доступ?

- Странам-членам. Главы государств.

- А в США?

Я снова сглотнул.

- Президент, для начала. Эээ ... все документы хорошо засекречены, ультрасекретно?

Его Величество кивает.

- Итак, сначала президент. Затем члены Верховного объединенного командования. Государственные секретари по делам обороны и внутренних дел. Руководители ЦРУ и АХ. Может быть, советник по национальной безопасности. И, конечно, наш представитель в военной комиссии НАТО.

Его Величество качает головой. И только здесь я заметил одну вещь: мы не свернули на Тридцать третью улицу после Арлингтонского мемориального моста. Здесь мы не поедем в штаб. Странно, странно… Водитель едет по Бэкон-драйв, затем поворачивает на Конституцию-авеню. Спрашиваю:

- Куда мы идем, шеф?

«В Белый дом», - шепчет он, как будто он рассказывал мне о своем последнем подвохе в контракте. Президент хочет тебя видеть.

- Ни хрена себе! Я удивлен.

И я так думаю. Он точно взбешен. Особенно, если это путаница вокруг документов серии 700, которые наиболее яростно охраняются НАТО.

Я удобно сажусь на спинку сиденья, закуриваю сигарету и делаю глубокую затяжку. Не нужно использовать мою слюну для попыток разговорить Его Величество. Если бы он хотел рассказать мне больше, это уже было бы сделано.

*

* *

Президент председательствует - и это вполне нормально - посреди большого стола в зале Совета. Он находится под взглядами советника по национальной безопасности, главнокомандующего армиями и государственных секретарей обороны и внутренних дел.

Перед ним сидят адмирал Уолтер Хейгер, директор ЦРУ, и генерал ВВС США Стюарт Леманс. Справа от Хайгера есть два свободных стула. Он приглашает нас сесть.