Ответ я получил, войдя в смотровой кабинет. Мне вручили халат и дали указание раздеться до трусов. Следующие двадцать минут или около того я проходил через нечто, напоминающее тесты на трезвость, которыми пользуется дорожная полиция: пройти по прямой линии, ставя ногу перед носком другой; отвести руки в стороны и дотронуться указательными пальцами до кончика носа; закрыть глаза и пройти вперёд, назад, влево, вправо; попрыгать на каждой ноге отдельно. Упражнения, наиболее соответствующие моей жалобе вовлекли в работу большой палец; доктор попросил меня по очереди дотронуться кончиком каждого пальца до кончика большого. Снова и снова, ускоряясь при каждом повторении. Всё это навело на мысль, почему среди приматов только люди носят штаны. Мне удалось выполнить всё, о чем меня просили, что было обнадеживающе. Но ещё больше обнадежило мнение врачей после осмотра. Они не казались обеспокоенными. После того, как я оделся и уселся в докторском кабинете, он сообщил мне, что со мной всё в порядке и что был бы рад иметь видеозапись этого обследования для студентов, как пример совершенно нормального и здорового неврологического образчика. По его мнению, источником судорог мизинца, скорее всего, послужила микротравма локтевого сустава. «Вы говорите о „смешной кости[14]“?» Доктор утверждающе кивнул, пошутив, что это не так уж забавно звучит, учитывая, чем я зарабатываю на жизнь. Мы оба над этим посмеялись.
Получается, доктора облажались? На самом деле я так не думаю. Подобные неврологические расстройства у людей моего возраста случаются настолько редко, что даже ответственный специалист сможет поставить диагноз только при наличии ярко выраженных симптомов. С тех пор я люблю пошутить: чего же ещё можно было ожидать от Университета Флориды, родины футбольных «Гейтеров», кроме того, что командный врач скажет квотербеку, что с ним всё в порядке, и он может вернуться в игру?
Так что я вернулся в игру. Я закончил работу над «Доктором Голливудом» в феврале 1991. На два последних месяца съёмки переехали из Флориды в Лос-Анджелес. И вновь, будучи непоседой, всегда в поисках очередной возможности, я с головой погрузился в другую работу. Боб Земекис продюсировал «Байки из склепа», сериал для «Эйч-Би-Оу», основанный на жутком кровавом комиксе компании «И-Си Комикс» с тем же названием. Он предложил мне снять один эпизод. В стремлении выработать режиссерские навыки в качестве страховки моей актёрской карьеры, я окунулся в проект полный энтузиазма, но с недостатком сил.
Подергивания мизинца никуда не делись, и теперь к нему периодически присоединялся средний палец с надетым на него кольцом. Я чувствовал слабость в левой руке, скованность в плече, ноющую боль в мышцах левой половины груди. Теперь я был убежден, что проблема была физиологической, а не неврологической. И что она действительно связана с инцидентом на съёмках третьей части «Назад в будущее». Я полагал, что смогу справиться с этим с помощью физиотерапии, а значит это можно отложить до окончания работы. Фактически, я решил подождать до конца моего летнего отпуска. Может быть, это решение пришло из-за смущения перед самим собой от того, что я нехарактерно для себя запаниковал в самом начале, но теперь снова вернулся к своей врождённой англо-ирландской стойкости. Закончив съёмки «Баек», я твёрдо решил не принимать никаких предложений, пока не проведу длинный отпуск с семьей, который давно задолжал Трейси и Сэму. Чёрт возьми, задолжал и себе.
Я был в Нью-Йорке во время старта «Напролом» в марте 1991 и получил один из лучших обзоров в моей карьере. Но по большому счёту, фильм был встречен зрителями холодно и безразлично. Другими словами, он стал очень дорогой и очень разрушительной бомбой. Боссы «Юнивёрсал» поговаривали о долгосрочном контракте на несколько фильмов. Сейчас же у них появились другие мысли, хотя они уверили моего агента, что это не тот случай. Но мы-то знали. Они собирались откинуться назад в своих креслах, дабы подождать не случится ли такого же провала у «Уорнер Бразерз» с «Доктором Голливудом», прежде чем дальше вкладывать деньги в мою карьеру. Всё держалось на «Докторе Голливуде». Или точнее говоря на его сборах в стартовый уикенд.
Цена актёра зависит от его способности привлечь аудиторию в первые три наиважнейших дня проката[15]. И вообще, привлечение зрителей и есть та причина, по которой студии платят все те деньги за актёра с громким именем. Далее, чтобы фильм продолжал приносить хорошую прибыль (на профессиональном языке — «отрастил ноги») в работу вступают отделы маркетинга и рекламы. Всё, что мне было нужно — это три дня стабильного бокс-офиса. Тогда я бы удержался на плаву после провала «Напролом».
14
Точка на тыльной стороне локтевого сустава, где очень близко к поверхности проходит нерв. Название funny bone происходит от humorous bone (забавная кость), что созвучно с humerus bone. Humerus (лат.) — верхняя часть руки, плечо.