Упоминание Кольбер привело нас к фильму «Приключения в Палм-Бич» 1942 года, снятому не Капрой, но режиссёром и сценаристом, в чём мы оба сошлись, повлиявшим на нас даже сильнее — Престоном Стёрджесом. Майк сказал, что из уважения к Стёрджесу, мастеру американской сумасбродной комедии, назвал свою производственную компанию «Эль и клуб „Перепел“», памятуя о вагоне, набитом пьяными дебоширами-богачами из фильма «Приключения в Палм-Бич». Я же признался, что фильм, над которым тогда работал, содержал маленькую отсылку к шедевру Стёрджеса «Странствия Салливана». В «Напролом» я играл молодого избалованного голливудского актёра, инкогнито отправившегося в Нью-Йорк. Он становится напарником нью-йоркского детектива, дабы подготовиться к роли, которая по его убеждению, наконец-то раскроет его, как серьёзного драматического актёра. Вы можете посмотреть, как мне удалось с этим справиться. В фильме Стёрджеса Джоэл МакКри играет кинорежиссёра, который собирается на себе испытать жизнь бездомного, полагая что это поможет ему рассказать с экрана историю с более глубоким социальным подтекстом, в отличие от его глупых, но популярных комедий, приведших к славе и богатству. В итоге персонаж МакКри осознаёт, что его прошлые фильмы имели большое значение для зрителей, избежавших голода. А я пришёл к выводу, что «Напролом» в меньшей степени опирается на «Странствия Салливана», чем на «Полицейского из Беверли-Хиллз», «Кобру» и кучу других высокобюджетных боевиков.
Прерванные стуком в дверь, мы повернулись и увидели заходящего к нам с извинениями Чарли Крогвелла. Ростом на дюйм или около того ниже меня, на десять фунтов стройнее, но на двадцать мускулистее, он был на много круче, чем выглядел, а выглядел он как Джордж Рафт[5].
— Извини, Майк… кажется сегодня нам внутрь здания не попасть, так что через пол часа они собираются бросить тебя через барное окно.
Я засмеялся. У Чарли такие выражения были в порядке вещей. По правде, не меня должны были швырнуть в какое-бы то ни было окно, а его. С какими бы трудностями он ни сталкивался в жизни из-за своего маленького роста (я легко мог их назвать), мне здорово повезло, что он с его отличными физическими показателями и мастерством, выбрал для себя путь каскадёра. Он не только выручил меня в нескольких сценах, но выполнил немаловажную задачу по приданию мне суровости на экране.
— Защитные накладки сейчас на мне, но я передам их тебе, когда начнутся съёмки.
Съёмки: я лежу примерно в том месте, куда мой дублёр делает опасное костедробильное приземление. По команде я выкатываюсь в кадр, кривляясь от шока и боли и специально поворачиваюсь лицом к объективу камеры, в то время, как Чарли своё лицо прячет.
После того, как я представил Чарли посетившему меня режиссёру, он ушёл готовиться к трюку. Майкл и я сменили направление нашей беседы, перейдя к проекту «Уорнер Бразерс», к которому в лучшем случае я был равнодушен.
Сюжет основывался на вольном изложении книги «Что? Опять мёртвый?» — истории хирурга, который застрял в маленьком южном городке, полюбил его и остался там работать. Сценарий «Доктора Голливуда» пылился на моём столе уже несколько месяцев. Он был забавным, но был ближе к «Зелёным просторам»[6], чем к Фрэнку Капре: неудачная авантюра, череда забавных анекдотичных сцен без цельной сюжетной линии. Второстепенные персонажи — стереотипные колхозники с юга, Гомеры и тетушки Би[7] были настолько знакомы, будто их только вчера крутили по телевизору. Главный герой, молодой доктор, был скупым и тщеславным, не было ни одной причины переживать за него. Но учитывая малый перерыв после съёмок «Напролом», мои сомнения в отношении материала развеялись. Он дал мне целый список отличных причин, чтобы отсидеться и немного передохнуть.
Прежде всего потому, что «Напролом» был для меня испытанием. С сильным уклоном в чистый экшен, невероятными трюками, с которыми мне ещё не приходилось сталкиваться. Это были физически изматывающие съёмки, несмотря на то, что Чарли делал всё, что было в его силах. Моим напарником был Джеймс Вудс, выдающийся талантливый актёр. Работа с таким энергичным человеком была изнуряющей и требовала затрат энергии, концентрации и внимания. Плюс ко всему жёсткий график, роль гиперактивного персонажа, несколько пересъёмок ключевых сцен из-за перемен в кадровом состава. Я был на взводе больше обычного. Мне требовался отдых. Продолжительных отдых.
7
Гомер — в Америке собирательное имя для недалёких людей. Беатрис Тэйлор, тетушка Би, персонаж ситкома «Шоу Энди Гриффита».