Вчетвером они отправились кататься на лыжах, и теперь Ниш умолял Гарри не отходить от него, даже когда шел в туалет. Гарри был единственным человеком, которому он мог доверить свою защиту. Он знал, что Гарри слишком умен, чтобы поддаться влиянию Анны и попасть в ее сети.
На обратном пути у Ниша окончательно помрачился рассудок. Он больше не мог сдерживать свои мысли. Он сказал им троим, что Анна должна умереть, и объяснил свой план. Когда они приехали в Шамони, Гарри остановился у больницы, где знал одного из врачей.
Ниш сразу понял, что Гарри и его девушка попали под чары Анны. Теперь они были на ее стороне. Он не мог оставаться здесь. Он должен был убить ее, пока не упущена возможность. Когда они вошли в больницу, он схватил с подноса ножницы и набросился на нее. Лезвия скользнули у нее по голове и вонзились в плечо. Он выдернул их, когда она с криком упала. Ему нужно было попасть ей в глаза, чтобы убить ее как можно быстрее.
Гарри повалил Ниша на землю как раз в тот момент, когда ножницы вонзились в грудь Анны.
Ниш торжествовал: «Я убил ее? Я убил ее?»
Гарри держал его в захвате за голову, пока не пришла помощь. Нишу вкололи успокоительное. Полицейские надели на него наручники и отвезли в психиатрическую клинику. Его заперли в белой комнате, напоминавшей ему ледяную пещеру. Высоко в одной из стен было вентиляционное отверстие. Сияюще-белый охранник, всегда стоявший снаружи, был ледяным человеком.
96
Июль 1994 г.
Я постучал в дверь дома Ниша в Херефорде. Из окон доносился шум утреннего ток-шоу. На самом деле он никогда не смотрел эти передачи. Он просто хотел, чтобы они были включены, чтобы шум и мерцание экрана не давали ему слишком глубоко задуматься.
Даже его приветственная улыбка была вымученной. Он был болезненно худым. Все его телосложение изменилось. Оно больше подходило для плаката «Оксфэм»[105], чем для рекламы «Кэвин Кляйн». Его взгляд был влажным и тусклым, а не резким и свирепым. Он больше не был волком.
Когда мы проходили мимо коричневого дивана и стеганого одеяла, свернувшись калачиком под которым он проводил свою жизнь, на экране вспыхнула реклама «Даз»[106]. «Тебе нужно раздобыть что-нибудь из этого, приятель. Побалуй свое одеяло».
Он почти не выходил из гостиной. Весь его мир вращался вокруг коричневого велюрового дивана, испещренного следами от сигарет, и одеяла, выглядевшего так, будто он нашел его на обочине.
Переполненные пепельницы и тарелки с недоеденными тостами с сыром покрывали почти все горизонтальные поверхности на кухне. По крайней мере, лекарства вызывали у него голод — до определенной степени.
Это не было единственным побочным эффектом. Большую часть времени он был как зомби, но при этом не мог спать. У него были мышечные спазмы и дрожь, сухость во рту и затуманенное зрение. Хлорпромазин, один из антипсихотических препаратов, которые он принимал, погружал его в ступор. Он вызывал сонливость и апатию. Он по-прежнему считал, что весь мир против него, но ничего не мог с этим поделать.
Кухня выглядела так, будто он обставил ее мебелью с гаражной распродажи, как оно, вероятно, и было. Чашки и кружки громоздились в раковине в ожидании появления феи-посудомойки. Его белый пластиковый садовый стул по-прежнему стоял напротив холодильника. Он садился там и разговаривал с ним, если по телевизору ничего не показывали. Ему нравилось время от времени поболтать с холодильником: тот соглашался со всем, что он говорил.
Все окна были закрыты, и в помещении воняло сигаретами и пердежом, но это было уже не смешно.
Ниш помнил лишь краткие отрывки событий после того, как нанес удар. Он помнил, как лежал на полу, его держали за руки, а кто-то сидел на спине. Он слышал голос Гарри, говорившего ему, что все в порядке, и не стоит сопротивляться. Пол под его щекой был холодным, и был сильный запах полироли и дезинфицирующего средства. На какое-то время ему показалось, что он снова оказался молодым новобранцем в коридоре расположения парашютистов.
Анна поправилась и улетела обратно в Америку, но для Ниша ситуация была опасной. Французские врачи требовали госпитализации; полиция хотела предъявить обвинения. С его головой случилась катастрофа. Глядя в окно своей ледяной пещеры, он был занят попытками определить, где север. Он хотел знать, придется ли ему пересечь Альпы, чтобы оказаться в безопасности. Он знал, что это будет трудно, ведь он был в одной пижаме и халате, но все это нужно было спланировать до мельчайших деталей.
105
Международное объединение, целью деятельности которого является решение проблем бедности и связанной с ними социальной несправедливости. Работает через подотчетные организации в более чем 90 странах мира (прим. перев.)