Секира и меч

Крестоносцы поднимали головы. Тверже становился их шаг. Подбадривали друг друга:

— Какая малость! Пройти эту землю… За нас не так страдал Христос!

— Святые слова! Отнимем у неверных Гроб Господень!..

— Так хочет Бог!

— Смерть неверным! Смерть иудеям!..

Рыцарь Вальтер, словно кельтский друид, глядел куда-то в незримое и хриплым взволнованным голосом восклицал:

— Я вижу потоки крови…

Петр Отшельник, видя, какое могучее действие оказывает пение его, входил в некое упоение; глаза монаха обрели фанатический блеск; голос звучал еще громче:

О, прекрасная башня Давидова,
Град, двунадесять врат отверзающий,
Благовоний духовных хранилище,
Людям Божьим стена и прибежище,
И неложное им утверждение,
И для праведных душ охранение,
И безгрешным телам освящение!
Почитаем Тебя, Благодатная,
Славословим Тобою Рожденного,
Слезно молим и просим о милости
В предстоящее время возмездия.
Боже, Боже, в тот день не отринь меня,
Изыми из огня неугасного,
Не предай Сатане на ругание,
Не соделай бесовским игралищем!
Ибо паче иных, окаяннейший,
Я изжил свою жизнь в беззакониях.
Осквернился и духом, и плотию,
И что делать мне ныне, не ведаю.
Сего ради взываю о милости,
Как блудница, к стопам припадавшая,
Изливаю рыдания теплые:
Изыми меня, Господи, Господи,
Из глубин моего беззакония,
Яко Пастырь Благий, не оставь меня
Претыкаться о камни погибели,
От страстей обуявших избавь меня
И отверзи мне очи духовные,
Да воззрю я на Лик Твой божественный
И в сердечном веселии вымолвлю:
Подобает Тебе поклонение
Со Отцем и Святым Утешителем
И на всякое время хваление,
Милосердный, от твари взывающей [2].

И этот торжественный глас Петра Отшельника как будто услышан был Господом. Едва гимн смолк, на дорогу пролился благодатный дождь. Маленькая совсем тучка наплыла на ясное небо, а дождь хлынул потоком. И людям, и животным принес облегчение.

Когда дождь закончился так же внезапно, как и начался, все воины были мокры до нитки, а от спин лошадей и волов, кои подкованы были на манер лошадей и тащили кое-какие повозки, исходил пар. И долина, в которую вошли крестоносцы, после дождя пропитанная влагой, не была столь безрадостна, как иные долины, какие они уже прошли.

Наемники, уже некогда бывавшие в этих местах, говорили, что в полутора днях пути к востоку протекает река. Но она протекала несколько в стороне от намеченного пути.

Город Никея привлекал больше.

Проведя ночь в этой долине, крестоносцы двинулись дальше. Неутомимый Петр Отшельник шел впереди; постукивал о каменистую дорогу его посох.

Скрипели колеса повозок. Поступь тысяч и тысяч воинов слышна была далеко. Бесконечно длинной вереницей растянулось по дороге крестоносное воинство. Впереди идущие не знали, что делается в конце. Стоило туркам внезапно ударить, и много могли бы они доставить бед. Но что-то турок не было видно. Это укрепляло крестоносцев в мысли, что турки, насмерть перепуганные мощью христиан, бежали в глубину своей страны, в безводные, полные змей и скорпионов степи и пустыни. Мысль эта весьма воодушевляла крестьян и прибавляла им уверенности и безмятежности. Крестоносцы начинали посмеиваться между собой над императором Алексеем, боявшимся турок и видевшим их чуть ли не в каждом углу своей спальни.

Глава 10

Опять кто-то видел всадников в стороне. Некоторые нетерпеливые даже пробовали погнаться за ними. Но куда там! Разве догонишь перепуганного турка!.. У тех всадников кони были будто крылатые. Они, как ветер, уносили в дальнюю даль своих седоков…

2

Перевод С. С. Аверинцева.