К тому же Лэнг даже не приступил к работе над планом. Нужно вернуться назад, на этап изучения. Не поняв, что представляет собой «Пегас», он ни за что не сможет причинить ему хоть какой-то ущерб. Необходимо узнать, действительно ли «Пегас» каким-то боком связан с тамплиерами.
Есть над чем поломать голову.
Лэнг никогда не был особенно религиозен, вероятно, потому, что его, еще ребенка, каждое воскресенье заставляли вылезать из кровати и отсиживать целый час на самой неудобной скамье из всех, какие только имеются в храмах епископальной церкви. К тому же ему постоянно напоминали о том, что он уже большой, поэтому реветь не может. Пусть даже против воли, он провел в церкви много времени, выслушал немало проповедей и не помнил ни одной, в которой говорилось бы, что Иисус был женат и тем более что Он выжил после распятия, как утверждал некий Лобино, упомянутый доктором Вольффе в одном из комментариев.
Средневековый религиозный орден в XXI веке? Совершенно неправдоподобно.
Изучить.
Пока вопросов больше, чем ответов.
Например, откуда они узнали, что Рейлли может оказаться в квартире Джейкоба? Лэнг был почти на сто процентов уверен, что за ним не было «хвоста» ни пока он добирался до Тампля, ни пока ехал в Оксфорд и обратно. Но если не «хвост», то что же? Как там говорил по этому поводу Шерлок Холмс? Что-то вроде «если отбросить все возможные решения, останутся только невозможные»[94]. Узнать о его знакомстве с Джейкобом можно только через послужное досье управления, добраться до которого никак нельзя.
Следовательно, каков ответ?
Лэнг продолжал думать об этом и после того, как решил попытаться возобновить другое старое знакомство, которое не должно быть отмечено ни в одном из документов, касающихся его службы.
Поднимаясь по лестнице на улицу, Лэнг глянул на часы. Четверть десятого, начало пятого в Атланте. Когда он звонил в офис из Рима, Сара упомянула Чена, клиента, которому Рейлли звонил из телефона-автомата, расположенного в холле здания. В присутствии полицейских она, конечно, не могла прямо сказать о телефоне-автомате, но никаких других причин вспоминать клиента, дело которого Лэнг вел четыре, если не пять лет назад, у нее не было.
Из уличного автомата он заказал разговор за счет вызываемого абонента. Здесь это было куда легче, чем в тот раз, когда пришлось иметь дело с оператором, говорившим только по-итальянски. Лэнг предполагал, что телефон в его офисе прослушивается, и постарался сделать разговор максимально кратким.
— Сара, помните мистера Чена? — спросил он и повесил трубку.
Если его удастся засечь, значит, техника развивается куда быстрее, чем он думал. Система определения номера «Стар-69» не работает с международными звонками. Конечно, по компьютерной системе можно будет отыскать, откуда Рейлли звонил, но за это время он вполне успеет обогнуть земной шар и вернуться к этой же телефонной будке даже не на самом быстроходном морском лайнере.
Он перешел в другую будку и по карте «Visa», принадлежавшей герру Шнеллеру, сделал следующий звонок. К счастью, Герт пока что не заблокировала счет. Оставалось надеяться еще и на то, что телефонный номер, отложившийся в памяти Лэнга, верный и что сейчас ответит именно нужный телефон-автомат, а не тот, что стоит в магазинчике-гастрономе, находящемся в противоположном конце холла.
— Лэнг?
Даже если бы вместо Сары говорил настоящий ангел, Лэнг не почувствовал бы себя счастливее.
— Да, это я. У вас все хорошо?
— Теперь — прекрасно. Детектив так долго торчал в офисе! Я уже решила, что он пошлет за зубной щеткой и останется здесь ночевать. А вы как? Насколько я понимаю, теперь вас обвиняют в убийстве не только здесь, но и в Лондоне.
— Как говорил Марк Твен, эти сообщения несколько преувеличены. Послушайте, я не могу долго разговаривать. Свяжитесь со священником и попросите, чтобы он сегодня вечером был возле телефона. Мне необходимо с ним поговорить.
— Вы имеете в виду отца…
— Никаких имен! — почти выкрикнул Лэнг и тут же пожалел о своей резкости.
Он представил себе, как программа «Эшелона» записывает имена его нынешних друзей. Маловероятно, однако возможно.
— Мы говорим через спутник, это небезопасно.
Сара решила напоследок сказать что-нибудь ободряющее:
— Я предупрежу его. Лэнг… я знаю, что вы никого не убивали.
Рейлли, как наяву, увидел перед собою два трупа, распростертых на тротуаре. Один из них с двумя пулями, которые он сам всадил в него.
94
На самом деле фраза звучала так: «Если отбросить все совершенно невозможное, то именно то, что останется — каким бы невероятным оно ни казалось, — и есть истина».