Негромкий плеск плавников: акулы и бониты.
Потом… Отвратительный хруст, яростные удары хвоста, вспенившие воду, безумный круговорот голодных чудовищ вокруг окровавленной жертвы…
— Вот что мне кажется странным, — сказал Сандерс, вытаскивая куклу на палубу, — как получилось, что вокруг нее обмотался трос, свисавший с палубы перед иллюминатором задней каюты. Она немного пострадала, бедняжка, так что потребуется немного краски, новое платьице — и она обрадует мою маленькую Лили.
Ученица волшебника
(l'Apprentie sorcière)
Я осталась одна в лаборатории.
Учитель уехал, и ситуация напомнила мне историю с волшебником Гете и его учеником.
Все последние месяцы я постоянно видела учителя склонившимся над книгами и рукописями; он выстраивал колонками цифры, выводил формулы и уравнения и никогда ничего не говорил мне о своих исследованиях.
Теперь он уехал, оставив на столе тетрадь с записями, которую до сих пор никогда не забывал спрятать в сейф, как самое дорогое сокровище.
Наука пробуждает в человеке любопытство.
Я перелистала тетрадь; едва я вчиталась в торопливые строчки, как в висках у меня запульсировала кровь и задрожали руки: я поняла, какие невероятные вещи излагались учителем на страницах этой тетради!
Я торопливо добралась до последней страницы. Посмотрев в зеркало, я увидела бледное потрясенное лицо, и на этом лице была написана решимость.
Да, я решила воспользоваться страшной тайной моего учителя!
Действовать нужно было без промедления… Реторты оказались под рукой, дистилляторы тоже; множество банок с загадочными веществами заполняло полки.
И, главное, в моих руках была формула, четкая и недвусмысленная!
Я включила мощную электрическую печь, на которую поставила большой огнеупорный тигель.
Ослепительное пламя, заливающее белым огнем лабораторию, вспыхнуло под тиглем.
Я взвесила нужные порошки, один за другим; отмерила требующийся объем тяжелой жидкой ртути; с помощью капельницы добавила самые опасные кислоты. Воздух в помещении лаборатории сухой и горячий, он врывается в мои легкие, словно адское дыхание. Но я храбро держусь; я должна довести до конца фантастический опыт.
Учитель все рассчитал, все учел: ингредиенты, температуру, продолжительность опыта…
Большие часы на стене громко отсчитывают уходящие секунды и минуты…
Я должна ждать целый час! Нет, уже три четверти часа! Теперь чуть больше половины часа! Печь светится, словно маленькое солнце, в тигле бурлит густая масса, похожая на вулканическую лаву.
Еще четверть часа! Боже, хватит ли у меня сил продержаться до конца? Мои силы понемногу слабеют; учитель ничего не сказал о вредной, может быть, даже смертельной атмосфере, сопровождающей опыт…
Еще пять минут… Надеюсь, Бог позволит мне продержаться эти несколько минут, поскольку секрет, который я в этот момент краду у учителя, был им украден у Творца…
Еще минута… Еще несколько секунд…
Расплав на дне тигля начинает светиться; лучи солнца среди темных туч.
Бьют часы… С победным криком я хватаю тигель металлическими щипцами и выливаю его содержание в сосуд с холодной водой.
Фонтаном взвивается горячий пар, и на дне сосуда я вижу тяжелый слиток желтого металла: это золото!
Я сделала золото!
Золото, деньги… Власть, мир… Все будет принадлежать мне!
Я испускаю торжествующий клич.
— Мадемуазель, вы ухитрились заснуть возле реторты с препаратом красного фосфора! Вам не кажется, что было бы намного безопаснее спать возле жаровни, где жарится курица?
Учитель смотрит на меня, и взгляд его полон иронии.
— Да, конечно, но я…
Я хотела сказать, что сделала золото, но вовремя спохватываюсь и бормочу:
— Да, конечно, красный фосфор, я понимаю…
Только теперь я догадалась, какой коварный демон разыграл со мной эту историю. Мне остается только зачислить это приключение в разряд моих самых замечательных снов…
Потом, в качестве наказания, я возвращаюсь к балладе Гете.
ИЗ СБОРНИКА «КРУИЗ ТЕНЕЙ»
Ужасающее присутствие
(La présence horrifiante)
Прислушайтесь к апофеозу свирепого рычания бури за жалкой защитой оконного стекла, черного, словно свернувшаяся кровь.
Эта буря примчалась издалека, из бескрайних злобных морей.