— О боже. Хорошо, что это моя тушь, — воскликнула она, пытаясь отнять у малыша косметичку.
Я стала помогать отчищать ребенка и поразилась, как много он успел сделать за столь короткое время. Узоры на животе показались мне особенно вдохновенными. Я поздравила Дженни с художественным талантом сына.
— Вы говорите совсем как Роберт, — рассмеялась она.
— Кто говорит? — услышала я за спиной голос Р.Г.
Они с Аароном явно только что подошли.
— Сэмми считает, что из Джеффри получится гениальный художник, — сообщила мужу Дженни.
Р.Г. широко улыбнулся.
— Она просто подлизывается, — подколол меня Аарон.
Я уставилась на него, но Р.Г. только хихикнул.
— Похоже, вы еще плохо знаете Сэмми, — сказал он Аарону.
— Да нет, сэр, я просто пошутил, — ответил тот.
Я с удивлением заметила, как у Р.Г. прорезалась тонкая морщинка между правым глазом и ухом — предательский признак раздражения. О нет, ему что, не нравится Аарон? Сначала я беспокоилась насчет их встречи, особенно учитывая омерзительную работу Аарона, но потом напомнила себе, что Р.Г. обычно не относится к людям предвзято. И если Р.Г. сердится, значит, Аарон ему не нравится как человек. Но, может, я просто навоображала всякого? Или Р.Г. злится потому, что Джек стянул с себя памперс и напрудил в шар для боулинга?
— Джексон Уэйд Гэри, что это вы делаете? — рявкнул он.
Джек посмотрел на него, словно понимал, что поступает неправильно. Р.Г. отвел его в угол, поговорить. Дженни повернулась к нам и пожала плечами.
— Вот так всегда, — бодро произнесла она. — Как давно вы вместе?
Я повернулась к Аарону — мне было интересно, что он ответит, к тому же меня смутно беспокоил полный детской мочи шар для боулинга, легкомысленно оставленный на полу. Аарон улыбнулся мне.
— Слишком недавно, — ответил он.
Сойдет за ответ. Кажется, Дженни тоже так подумала.
— Как мило, — сказала она. — Ой, Джеффри уронил леденец. Извините.
— И правда, мило, — заметила я, когда Дженни поспешила прочь.
— Вот именно. — Аарон наклонился и одарил меня целомудренным поцелуем.
Он пах, как пивной крем для бритья.
На следующий день в шикарном особняке в Джорджтауне прошла вечеринка для сотрудников Брэмена. Я неохотно согласилась составить Аарону компанию, когда он пообещал защитить меня от Натали и пораньше уйти. Похоже, он понимал, что я иду на очень щедрую уступку, и был благодарен за это.
Когда мы вошли, я сразу заметила смехотворно огромную елку. Или тут поработали профессиональные декораторы, или семья Брэмена ужасно педантична. Рядом с елкой стояла большая менора. Рядом с менорой — еще один семисвечник, кинара, с разноцветными свечами Кванзаа. А рядом с кинарой, как крайнее проявление политкорректности, в центре композиции сияла надпись «Счастливого Эйда», чтобы все мусульмане чувствовали себя как дома[75].
— По-моему, мои религиозные чувства — наполовину индуистки, наполовину буддистки — оскорблены, — шепнула я Аарону, когда мы шли по громадной прихожей.
— Расслабься, — попросил он.
— Да ладно, я просто шучу. Наверное, это неплохая попытка. — Я взяла его за руку, твердо решив вести себя спокойно и уверенно. Да, я презираю Брэмена и почти всех его сотрудников, но могу быть вежливой ради Аарона. Надеюсь, это потребует не слишком много усилий.
— Это прекрасная попытка, — ответил Аарон. — Нежирные куриные крылышки и не вопящие младенцы, но тоже сойдет.
Что, извините?! Я отпустила его руку. Он правда считает, что воротить нос от вечеринки Р.Г. — мудрый ход? Может забыть о моем спокойствии и уверенности. Я открыла рот, чтобы перечислить все пункты, по которым вечеринка Р.Г. была забавнее и приятнее этого занудного кошмара, но Аарон заговорил с коллегой, который шел за нами. Прекрасно, я зачитаю список, как только он освободится. Он может убежать, но не спрятаться. Я глянула на него, взяла с подноса лепешку и принялась озираться по сторонам.
Брэмен с женой фланировали по комнате, изящно обставленной дорогой мебелью. Я почувствовала, что Аарон готов втянуть меня в разговор, и быстро присела — погладить пробегавшего мимо кокер-спаниеля с невероятно длинными и шелковистыми ушами. Интересно, удобно ли слушать такими ушами? А это у нас что, катаракта? Бедная собачка, наверное, глухая и слепая. Я жалостливо погладила пса и повернула медальон на ошейнике, чтобы прочитать имя. Собаку звали Андромеда.
75
Менора — еврейский семисвечник; в конце декабря евреи празднуют Хануку и каждый вечер зажигают на меноре по свече. Кванзаа — афроамериканский праздник сбора урожая, продолжающийся с 26 декабря по 1 января, кинара — семисвечник, три зеленые свечи слева, одна черная в центре и три красные справа символизируют семь принципов Кванзаа. Эйд аль-Фитр — праздник окончания Рамадана (декабрь-январь).