— Подозреваю, что когда я звонил вам сюда, вы были в его доме, — заметил Уэндовер, проигнорировав описание библиотеки.
— Там или в другом месте, — поправил старший констебль. — Покинув дом Фельдена, я заглянул к вашему другу Эллардайсу. Последнего удалось застать дома. Мне были нужны советы относительно гиосцина и его действия. От него я получил все, что хотел, и, думаю, даже больше. Это странный препарат, слишком сложный для неспециалиста. Он не обезболивает, но вы забудете о боли сразу же после того, как она прекратится. Полагаю Эллардайс держит его в безопасном месте. Похоже, он часто его использует в своей практике.
— Должно быть, — согласился Уэндовер. — Кстати, вы получили отчет столичного эксперта по делу Генри Деверелла?
— Только что получил его. В желудке был гиосцин, но совсем незначительное количество. Если бы он принял смертельную дозу, его было бы больше. Также в желудке обнаружен алкоголь.
— Вероятно, он выпил его у Ашмуна. Как я и предполагал, — заявил Уэндовер.
— Во всяком случае, я не помню, чтобы он пил во время бриджа, — заметил сэр Клинтон. — И судя по тому, что я о нем слышал, он не был любителем выпить. Но я вполне могу представить, что даже воздержанный человек не откажется от рюмочки, если собирается провести час-другой на открытом воздухе после полуночи. Но что более важно, теперь я думаю, что знаю, как произошли некоторые из таинственных смертей. Я имею ввиду случай с кроликами; как бы вы к нему не относились, но кролики, Пирбрайт и Генри Деверелл находятся в одной связке.
— Вы имеете в виду все происшествия поблизости от лагеря Цезаря?
— Конечно, это объединяет все эти дела, но не объясняет их, — заметил сэр Клинтон.
— Вы же не клюнули на всю эту чушь о Новой Силе? — скептично поинтересовался Уэндовер.
— Иногда новое применение чего-то старого выглядит не хуже новой придумки, — заявил сэр Клинтон. — Нужно оформить авторское право на эту фразу.
— Вы заочно учились на курсах дельфийских оракулов? — буркнул Уэндовер. — Мне бы хотелось, чтобы вы отбросили весь этот туман и, ради разнообразия, ясно сказали, что имеете в виду. Так было бы лучше.
— Ваша проблема в том, что вы хотите выловить рыбку без труда, сквайр. Я потрудился раскопать все подробности, а вы хотите просто присоединиться, ни капли не потрудившись. Так не пойдет. Я дам вам все ключи, а решение вы найдете сами.
Сопение Уэндовера выдало, что он далеко не удовлетворен, но сэр Клинтон не обратил внимания на этот немой протест.
— Сквайр, вспомните ночь, когда я был смущен тем, что не мог вспомнить что-то прочитанное мной много лет тому назад. Теперь я все вспомнил. Это был рассказ какого-то Коннингтона, напечатанный в «Ньюс-Кроникл» в 1936-ом. Я вспомнил об этом, пока листал книгу Холдейна. Я читал ее, когда она вышла — в 1939-ом, и я вспомнил, что еще в то время одно из эссе в книге напомнило мне о сюжете ранее прочитанного рассказа. В любой городской библиотеке есть и подшивка «Ньюс-Кроникл», и книга Холдейна. Все, что вам нужно — это прочесть их, и тогда вы будете знать столько же, сколько и я.
— Очень веселое времяпрепровождение, — буркнул Уэндовер. — Вы не можете сойти на землю и просто рассказать?
— Хотите побыстрее? Хорошо! Я уложусь в два слова: «Закон Генри».
— Мне они ни о чем не говорят, — проворчал Уэндовер.
— Сквайр, где же ваше образование? Non est inventus?[52] Я могу предложить энциклопедию или словарь Уэбстера[53]. Уэбстер даже проще энциклопедии. Он есть даже у вас на полке.
Уэндовер встал и взял словарь Уэбстера.
— «Закон Генри, — прочитал он. — Закон, согласно которому растворимость газа в жидкости прямо пропорциональна давлению этого газа». Можно подумать, это что-то проясняет… но только не мне. Не улыбайтесь, как чеширский кот! Вы что, смеетесь надо мной?