Духовные подвиги старца становились предметом изучения и почитания среди столичных иерархов, вот только два имени: митрополит Филарет (Дроздов) и архимандрит Антоний (Медведев).
В мае 1858 года во главе Саровской обители становится человек, первый за многие годы взявший на себя труд по восстановлению памяти о старце Серафиме. Его имя — иеромонах Серафим (Пестов), девять лет живший бок о бок с великим подвижником. Саровская пустынь как бы сбросила пелену со своих глаз, и Серафим вступился за Серафима. Именно при этом настоятеле работа над «Житием» отца Серафима вступила в свою заключительную стадию, и оно было опубликовано в 1863 году. Именно при этом настоятеле активно возобновилась помощь Дивеевской общине, которая в 1861 году получила статус монастыря. Наконец, самое знаменательное событие — 15 января 1864 года умирает монах Феодосий[90], занимавший келью отца Серафима, и в этот момент настоятель принимает решение о создании в келье Музея монашеской жизни отца Серафима. Теперь богомольцы могли беспрепятственно заглянуть в келью старца, прикоснуться к стенам, слышавшим его молитву, увидеть под стёклами витрин немногочисленные личные вещи батюшки, сохранившиеся у его почитателей. Правда, с организацией этого своеобразного музея остались нерешёнными проблемы, связанные с тем, что в общем коридоре келейного корпуса рядом с кельей отца Серафима проживали ещё три монаха, и это, конечно, доставляло монашествующим неудобства. Идея строительства храма над кельей подвижника, кажется, начинает витать в воздухе.
К сожалению, настоятелю Серафиму досталась тоже по-своему нелёгкая доля: только через девять лет после определения на руководящую должность он был возведён в сан игумена. Затем в связи с происками Иоасафа (Толстошеева) был оклеветан и находился под следствием, но оправдан, и, наконец, в начале 1870-х годов на него вновь поступает донос, за которым следует отстранение от должности.
Конечно, игумен Серафим многого не успел сделать, но почитание старца-пустынника, освободившееся от вольных или невольных пут, уже укоренилось не только среди монашествующих Сарова и сестёр Дивеева. Иеромонах Саровской пустыни Паисий[91], впоследствии ставший игуменом Михаило-Архангельского Черемисского монастыря в Казанской губернии, вернувшись в 1867 году из путешествия в Иерусалим, прибыл «в родную обитель... в 9 часов вечера, и тотчас пошёл прямо на гроб о. Серафима для поклонения». Мы видим, что посещение могилы старца становится обязательным и необходимым, как получение благословения своего духовного отца. Во время путешествия отец Паисий посетил Афон и в одном из затерянных скитов, разбросанных по горным кручам вокруг местечка Кирашах, встретил старца Феофана, который, узнав о том, что в гости к нему пришёл паломник из Сарова, рассказал, как его молодой келейник-схимонах пересказывал ему житие отца Серафима. Старец Феофан «удивился, что я из Сарова, выразился так (через переводчика. — В. С.)... что, если бы он имел крылья, то желал бы слетать и поклониться подвижническому месту отца Серафима»70.
Следующим знаменательным событием в истории прославления старца Серафима стало посещение в августе 1886 года Саровского монастыря недавно назначенного на Тамбовскую кафедру преосвященного Виталия (Иосифова)[92]. Находясь в Сарове с 13 по 18августа, владыка каждодневно вспоминал о старце Серафиме. В день приезда преосвященный, обходя территорию монастыря, посетил могилу и келью подвижника. Причём, осматривая келью, с сожалением заметил о скудости вещественных предметов, хранящихся в обители и сопутствовавших старцу при жизни. «Поскорбел, что и кельи его пустынные не уцелели в Сарове, а перешли вместе с прочим в Дивеев»71. На следующий день владыка после литургии совершил соборную панихиду по отцу Серафиму, с литией у надгробного памятника. 15 августа — престольный праздник Саровской пустыни, состоящий из большого количества обязательных мероприятий: богослужения, водосвятие, крестный ход, пострижение в монашество и т. д. и т. п. Несмотря на такой плотный график, владыка после всенощной посетил источник отца Серафима. 17 августа после ознакомления с хозяйством Протяжного и Филиппова дворов владыка осмотрел Дальнюю пустынку и камень отца Серафима. «Здесь владыка выразил желание видеть на местах подвигов отца Серафима восстановленными здания пустынных его келий в том виде, как они существовали при нём, а над камнем устроить часовню, из монастырской же келии сделать церковь»72. 18 августа (в день отъезда) владыка, выйдя «из своих покоев, направился к могиле о. Серафима, где выслушав литию, прибыл в Успенский собор». При прощании с братией монастыря преосвященный выразил пожелание о восстановлении в Саровской пустыни старческого руководства по примеру древних и современных обителей, «что было когда-то и в Сарове».
90
91
92