Калеки и недужные, прибегавшие за помощью к Святому Серафиму, особенно замечались на источнике Преподобного. Здесь постоянно совершались чудеса над верующими, и много калек и больных возвратилось с источника исцелёнными, прославляющие Бога, дивного во Святых своих.
Источник отца Серафима и другие достопримечательности Сарова несколько раз посетил Государь Император и Государыни Императрицы и прибывшие с ними другие Августейшие богомольцы. Везде Их Величества встречали восторженными криками толпы народа, жаждавшего видеть Батюшку-Царя и Матушек-Цариц, чтобы запечатлеть в сердцах их лица.
Саровские торжества закончились 21-го июля освящением нового храма во имя Преподобного Серафима, сооружённого над его келлией в ограде обители.
20-го же июля, после напутственного молебствия у раки о. Серафима, Августейшие паломники, благословляемые Митрополитом, духовенством и братиею обители, напутствуемые искренними благожеланиями народа, отбыли из Сарова.
По отъезде из Сарова Августейших богомольцев, а вслед за ними и высокопоставленных особ официальные торжества в обители закончились, но не закончились празднества вообще, религиозный праздник русского, глубоко верующего народа. С открытием Святых мощей нового Угодника Божия настало нескончаемое вечное торжество веры православной и русского народа, живущего этой верою; открылся новый источник благодати на земле, новое орудие любви и милосердия Божия к людям.
И будут стекаться в Саров постоянно истинно верующие люди, одержимые телесными и духовными недугами, жаждущие познать благодатную небесную силу по предстательству причисленного к лику святых Преподобного Серафима Саровского, подвижника и чудотворца»20.
Обратный путь венценосных паломников пролегал через село Дивеево, с посещением Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря. Без протокола было посещение блаженной Прасковьи Ивановны[106]. Вот как описывает встречу император. После обедни все сели завтракать, «а Аликс и я отправились к Прасковье Ивановне (блаженной). Любопытное было свидание с нею. Затем мы оба поели, а Мама с другими посетили её»21.
Оставила свои воспоминания великая княгиня Ольга Александровна22, представитель второй группы посетителей: «Затем мы пошли увидеть блаженную Прасковью Ивановну. Я никогда не видела такого человека и боялась того, что она назовёт меня ужасной. Когда мы вошли, блаженная лежала на кушетке спиной к нам. Спустя некоторое время она встала, взяла в руки свои куклы, поцеловала и обняла их и затем перекрестила их всех, встала и пошла в гостиную.
Она бормотала себе под нос всё время, но было трудно разобрать её слова и понять их значение.
Она попросила меня и дядю Сергия поесть. Мы сели и съели каждый по картофелине, затем ушли. Но она не сказала нам ничего особенного!»23
Великий князь Сергей Александрович описал эту встречу по-своему, упомянув и о визите к Елене Ивановне Мотовиловой: «С Минни мы Ольга, Петя к блаженной Прасковье Ивановне — курьёзное впечатление. Были у Мотовиловой, хорошо помнящей Пр. Серафима»24.
Матушка Серафима (Булгакова) в своих «Воспоминаниях» донесла до нас сведения о тех событиях, которые бытовали среди дивеевских сестёр: «В тот же день к вечеру все уехали из Дивеева. После этого со всеми серьёзными вопросами Государь обращался к Прасковье Ивановне, посылал к ней Великих князей. Евдокия Ивановна[107] говорила, что не успевал один уехать, другой приезжал»25.
Совершенно абсурдные слова — великие князья не поддерживали религиозной экзальтированности императора и его супруги, и если бы Николай II прислушивался к высказываниям блаженных и юродивых, события 1917 года произошли бы значительно раньше.
«От Прасковьи Ивановны поехали к Елене Ивановне Мотовиловой. Государю было известно, что она хранила переданное ей Н. А. Мотовиловым письмо, написанное Преподобным Серафимом и адресованное Государю Императору Николаю II. Это письмо Преподобный Серафим написал, запечатал мягким хлебом, передал Николаю Александровичу Мотовилову и сказал:
— Ты не доживёшь, а жена твоя доживёт, когда в Дивеево приедет вся Царская Фамилия и Царь приедет к ней. Пусть она ему передаст.
Мне рассказывала Наталья Леонидовна Чичагова (мать Серафима)[108], что когда Государь принял письмо, с благоговением положил его на грудь и сказал, что будет читать его после.
А Елена Ивановна сделалась в духе и долго, 1,5 или 2 часа, им говорила, а что, сама после не помнила. Елена Ивановна скончалась 27 декабря 1910 г. Она была тайно пострижена.
106
108