Второй случай произошёл в этом же году, но на бывшей почтовой дороге, что шла из Темникова через Саров в Арзамас и Ардатов. На этом участке заградительный периметр уже был возведён, и паломники, подойдя к колючей проволоке, вступили в перепалку с солдатским нарядом. Много было людей. Подходили группами по 20, 30 человек. Были среди них и инвалиды. Через колючую проволоку командир заставы пытался объяснить людям, пришедшим из Саратова, Пензы, Тамбова и других городов, о том, что здесь нельзя пройти — запретная зона и следует идти обратно. Но, как вспоминают старожилы: толпа гудит, в наш адрес сыпятся проклятия, кто-то даже оставался ночевать в лесу. Одни уйдут — другие приходят, и так несколько дней.
Наученные таким опытом, уже со следующего года в дни памяти преподобного Серафима за периметр объекта выезжают специальные команды, состоявшие из солдат и людей в штатском, которые встречали паломников ещё на подступах к Сарову и отправляли в обратный путь.
Приняв во внимание всё только что сказанное, можно не сомневаться, что если бы мощи преподобного Серафима были переданы православной общине Темникова или даже Саранска, люди, поклонившиеся мощам преподобного, обязательно пошли бы в Саров на мемориальные места, связанные с жизнью и подвигами старца. Поэтому о возвращении мощей преподобного Серафима Саровского Русской православной церкви не могло быть и речи.
А что же происходило с мощами преподобного?
Ответ находится в Государственном архиве Российской Федерации в «Деле о мощах. Начато 21 октября 1946 г. Окончено 1 марта 1949 г.». На листе 16 представлены «Сведения о мощах, находящихся в фондах Музея истории религии (Московский музей. — В. С.), а также музеях подведомственных комитету по делам культурно-просветительских учреждений»186. Справка подготовлена директором Музея истории В. Д. Бонч-Бруевичем[165] 30 декабря 1947 года187. В Музее истории религии в Москве находились на хранении мощи: «2. Серафима Саровского — кости плохой сохранности»188. Следом идёт список мощей, отправленных в Ленинград в Музей истории религии и среди них: «5985. Мощи Серафима Саровского. Кости скелета, плохой сохранности, в специально устроенной витрине под стеклом, получена из часовни — 1-я Мещанская ул. В Москве, мощи находятся в фонде, отдельные предметы — епитрахиль, поручи и др. упакованы и отправлены в Ленинград. Ящик № 268»189.
Музей истории религии в Ленинграде торжественно открыт ] 5 ноября 1932 года. Экспозиции музея разместились в закрытом для богослужений Казанском соборе. Новый музей использовал в оформлении экспонаты из фондов Музея антропологии и этнографии Эрмитажа, Русского музея и из других источников.
После окончания Великой Отечественной войны Московский центральный антирелигиозный музей не возобновил свою работу (хотя существовал на бумаге и даже поменял название, став Музеем истории религии) и был присоединён к Музею истории религии Ленинграда, где с августа 1944 года (первое упоминание), а с 22 апреля 1946 года активную антирелигиозную деятельность Владимир Бонч-Бруевич начал уже в качестве директора. Распоряжением от 6 июля 1946 года он был наделён большими полномочиями и имел право «распоряжаться всеми имущественно-материальными ценностями, денежными средствами и личным составом Музея истории религии АН СССР (в Ленинграде)». 6 мая 1947 года Бонч-Бруевич утверждён директором Ленинградского музея истории религии. В это время антирелигиозная пропаганда в Москве не проявляется столь агрессивно, как это было до начала войны, и перемещается в пределы Северной столицы. Из нескольких умирающих антирелигиозных музеев решено реанимировать хотя бы один. Передислокация музея из Москвы в Ленинград связана, вероятно, ещё и с политическими мотивами. Заинтересованность правительства в улучшении отношений с РПЦ связана с надеждами на укрепление своего влияния за рубежом. Нахождение антирелигиозного музея или, как его ни назови, в столице было нецелесообразно, его перевод был просто необходим.
165