Лишь в предгрозовые дни лета 1939 г. генерал Недич вновь вернулся к активной службе и был назначен военным министром. После начала мирового конфликта осенью 1939 г. М. Недич предложил наместнику престола князю Павлу план незамедлительного вступления королевства Югославия в войну на стороне Англии и Франции, имевших в то время реальные шансы разгромить Третий рейх. Однако это предложение было отклонено Павлом как несвоевременное. Чуть более года спустя, в октябре 1940 г., ситуация решительным образом изменилась.
27 сентября 1940 года Германия, Италия и Япония подписали Тройственный пакт, договорившись о разграничении зон влияния и военной взаимопомощи. Третьему рейху удалось захватить Данию, Норвегию, Бельгию, Нидерланды и Францию. С 4 сентября немецкая авиация приступила к массированным бомбардировкам крупных английских городов: Лондона, Рочестера, Бирмингема, Манчестера. После этих бомбардировок могла последовать и наземная операция не знавшего до того времени поражений вермахта. На востоке Европы Германия обладала крепким тылом благодаря подписанию пакта о ненападении с СССР. Разочарованный поведением Англии и Франции, СССР в августе 1939 г. подписал соглашение с Германией и активно пожинал его плоды на своих западных границах. Советско-британские отношения крайне обострились, и Британия серьезно рассматривала вопрос о том, чтобы бомбить советские нефтепромыслы на Кавказе. Германская дипломатия активно вовлекала в зону своего влияния Венгрию, Румынию и Болгарию, подталкивая их к вступлению в Тройственный союз.
Единственным достижением англичан было снижение темпа наступления итальянских войск, продвигавшихся с итальянских территорий Ливии в Египет, находившийся под властью англичан, а с территории Эфиопии и Сомали в британские колонии Кению и Судан. После африканских неудач дуче решил обрести реванш в Европе и вторгся в конце октября 1940 г. в Грецию, фактически последнего открытого английского союзника в Европе.
В этих условиях князь-регент Павел обратился к генералу Недичу с приказом о концентрации войск на югославско-греческой границе, призыве резервистов в армию и демонстрации силы итальянцам, которые начали наступление на Грецию. В сложившейся ситуации это фактически означало поставить страну на грань войны. Трудно сказать, чем руководствовался Павел. Играло ли решающую роль то, что Павел наконец понял, что Югославии не избежать войны? Сказалось ли тут давление отчаявшихся аристократических британских кругов, с которыми Павла связывали личные связи еще со времен учебы в Оксфорде? И как повлиял на решимость князя-регента помочь находившейся в отчаянной ситуации Греции тот факт, что Павел был женат на греческой принцессе?
Как бы то ни было, генерал Недич отказался безоговорочно выполнить приказ монарха. Стоит отметить, что сразу же после своего вступления в должность Милан Недич приложил все силы для активного перевооружения армии, которой отчаянно не хватало бронетехники и противотанковых орудий. Однако, к своему ужасу, за год пребывания на посту военного министра Недич обнаружил, что основной проблемой королевской армии была вовсе не устаревшая техника. Армия является частью общества, и в ней шли те же процессы, что и в Югославии в целом. Межнациональные трения достигли такого уровня, что большинство хорватских офицеров и солдат уже не были лояльны Белграду. Коммунистическая пропаганда в войсках (в соответствии с директивами Коминтерна, антивоенная и антигосударственная по направленности) стала настоящим бичом вне зависимости от национальности, причем не только среди призывников, но среди отдельных кадровых военных. Наконец, сильное материальное расслоение и пропасть между подданными и государством, подорвали боевой дух широких слоев сербского общества, разительным образом отличавшегося от поколения воинов Первой мировой войны. Все эти соображения, как по поводу внешнеполитической, так и по поводу внутриполитической ситуации, были подробно изложены М. Недичем в известном реферате, ставшем формой объяснения причин его несогласия с князем Павлом. После этого инцидента М. Недича убрали с поста военного министра, и до начала Апрельской войны он оказался не у дел. Немецкое информационное агентство ДНБ прокомментировало его отставку следующим образом: «Убрана с поста фигура, персонифицировавшая сербский шовинизм. Генерал Недич был противником сближения Югославии с силами Оси. С его уходом эти отношения изменятся к лучшему»[40].