– Хорошо, что ты снова дома, – заплетающимся языком сказал Гас. – Может, на этот раз ты решишь остаться насовсем.
– Хорошо быть дома, – протянул Зак, не обещая ничего, но даже эти слова по вкусу напоминали щелочную пыль.
Рафферти ушел из дома брата и пересек сенокосный луг, направляясь к старой лачуге охотника на буйволов. Скрывшись в тени тополей, он обернулся. Гас и Клементина вышли на крыльцо, чтобы проводить его. Брат стоял позади жены, положив подбородок ей на голову и обняв чуть ниже грудей.
Зак вошел в хижину, закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Внутри было темно: солнце скрылось за холмами, и свет не лился из единственного окна. В доме пахло плесенью и нежилым помещением. Рафферти вылил в горло остатки виски.
ГЛАВА 20
– Что это за противное варево? – спросила Клементина.
Заметив в глазах женщины искорки смеха, Эрлан закусила губу, чтобы скрыть улыбку.
Ханна Йорк подперла кулаком бедро, в ее глазах тоже танцевали чертики.
– Ты прекрасно знаешь, что это сарсапарель[35], Клементина, деликатный дамский напиток. Поэтому перестань морщить свой бостонский носик.
– Да, но мне интересно, с какой стати ты пытаешься накачать меня этим пойлом для трезвенников, – пробулькала Клементина, будто говорила с набитым бобами ртом.
Эрлан пришлось прихлопнуть губы рукой, чтобы не захихикать.
– Перестань разыгрывать из себя розанчика, женщина, и давайте уже выпьем по-настоящему.
Смеясь, Ханна направилась к покрытому лаком шкафчику и вытащила коричневую бутылку. Затем принесла три пустых стакана и в каждый налила на два пальца фон-квейского напитка под названием «виски».
Эрлан осторожно пригубила. На вкус жидкость была горькой, но оставила в животе более сильное покалывание, нежели рисовое вино саке. Китаянка сделала два глотка побольше. Действительно приятный напиток. Затем уже хорошенько отхлебнула из стакана. Губы с трудом отлипали от зубов, а в животе гудело. Воистину расслабляющий напиток.
Эрлан украдкой глянула на двух женщин, сидящих напротив нее на обитом золотой парчой диване. Лавочник Ву предупреждал, что ее никогда не примут в этой дьявольской стране, что её будут обзывать и смеяться над ее ножками-лилиями. И он, казалось, удивился, а возможно, втайне обрадовался, когда Ханна Йорк позвала его молодую жену в гости. Но с другой стороны, как объяснил Сэм Ву, миссис Йорк когда-то была девочкой для удовольствий и потому сама числилась изгоем.
Эрлан наклонила голову к хозяйке дома.
– Для меня большая честь, что вы пригласили меня к себе.
От улыбки на щеках Ханны появились ямочки.
– Мы с Клементиной подумали, что тебе, наверное, жутко не хватает женского общества, особенно учитывая, что ты совсем недавно вышла замуж и все такое.
Клементина тоже улыбнулась и отпила из своего стакана. Эрлан была рада, что этикет заставляет ее следовать благому примеру. Этот виски оказался очень вкусным напитком.
В окно подул ветерок, всколыхнув бахромчатую скатерть на столе и листья папоротника в горшке. Хотя обстановка была непривычной для Эрлан, ей нравился этот дом. В грязных Радужных Ключах, где во всем отсутствовала гармония, где даже дороги были отвратительно прямыми, этот дом казался лотосом посреди заросшего пруда. Возможно, тому причиной, что здесь обитала одинокая женщина, и поэтому в атмосфере жилища преимущественно чувствовалась сила инь. Эрлан задалась вопросом, что значит быть Ханной Йорк и угождать и прислуживать только себе. Мысль была тревожной, и китаянка прогнала ее прочь. Клементина поставила стакан на чайный столик перед собой.
– О, Эрлан, дорогая. Я чуть не забыла.
Она взяла квадратный сверток со стоящего рядом с ней кресла.
– На этой фотографии я запечатлела тебя и Сэма в день вашей свадьбы. – Жесткая коричневая бумага шелестела, когда Клементина разворачивала ее. – А Ханна вставила снимок в рамку.
Эрлан приняла подарок и низко поклонилась.
– Тысяча тысяч благодарностей. Эта вещь поистине достойна императрицы.
Китаянка восхищенно смотрела на фотографию в серебряной рамке. На ней Эрлан была в своем свадебном платье с летящими журавлями, ее черты лица казались такими застывшими, будто она облачилась в оперную маску, а рядом с ней стоял лавочник Ву в своем чужеземном пальто с раздвоенным хвостом. С виду он был доволен своей невестой, но ведь это было до того, как она приставила нож себе к шее.
– Знаешь, Клементина, – сказала Ханна, – тебе бы почаще фотографировать людей на свадьбах, да и при других знаменательных случаях, ну, на именинах и прочих праздниках. А потом продавать снимки. Представь, сколько милых дамских мелочей ты могла бы накупить на собственный небольшой заработок.
35
«Сарсапарель» – шипучий напиток, компонентами которого являются экстракт растения сарсапарель и эссенции сарсапарель.