Как же называли Мойру старатели? Ах, да, Серебряным Ангелом. Но еще они называли ее своим Добрым Ангелом. Не раз и не два, она, совершая свои регулярные объезды, находила либо одинокого отбойщика, сломавшего ногу, либо рабочего, провалившегося в шахту. Ник начинал припоминать историю о том, как Мойра спасла жизнь какому-то старику, в буквальном смысле слова, выкопав его из-под земли.
Она должна была знать об участке Сэма Змеиного Глаза.
В том, что они были на верном пути, Ник даже не сомневался. Совпадение изображений на дверном косяке хижины с одним из брелоков браслета не могло быть простой случайностью. Но тогда выходит, что и другие брелоки должны служить подсказками. Если бы только он запомнил в каком порядке они располагались!
Устремив взгляд на звезды и сощурившись, Ник попытался сосредоточиться. Он хорошо помнил, что на одном из брелоков были изображены игральные кости, но вот что находилось рядом с ним, в памяти не отложилось. Кажется, в том месте располагался брелок из золота круглой формы. Но он находился сразу же возле застежки и, значит, они с Консуэлой уже миновали то место, которое этот брелок собой символизировал.
Ник вспомнил, что среди брелоков была еще и золотая собачка. Но что было сначала — собачка или чашки? А на каком брелоке изображена лошадь: на золотом или серебряном? Впрочем, этот вопрос вряд ли так уж важен. Да, еще среди брелоков было сердечко, оно располагалось как раз рядом с медальоном. Это ему запомнилось хорошо. Что же там было навешано еще? Кажется, какой-то круглый предмет. А, глобус!
Консуэла что-то пробормотала во сне, и Ник резко повернул голову в ее сторону. Она заворочалась было под тонким одеялом, но, не проснувшись, снова затихла. Догорающий костер отбрасывал красноватые блики на ее темные волосы, а оранжевые светотени осторожно блуждали по ее смуглому красивому лицу.
Зачем только он взял ее с собой? Правда, она, то и дело, предлагала ему свои услуги. К тому же, может пригодиться ее помощь, когда потребуется копать и отодвигать камни, после того, как будет найден рудник. Тем более, что Консуэла силой не обижена. Он должен, во что бы то ни стало, разыскать этот чертов рудник и взять из него несколько проб. Потом останется только вернуться в Потлак или, может быть, во Флэгстафф и оформить эти земли на свое имя, прежде чем эта дурочка Брайди успеет опомниться.
Ближе других к медальону располагался брелок с сердечком. Значит, место, символом которого является этот брелок, находится совсем рядом с Серебряным Ангелом, в радиусе десяти, пятнадцати миль. Но что это такое? Хижина, подобная той, рядом с которой они сейчас расположились на ночлег, и которая раньше также принадлежала какому-нибудь старателю? Может, имя того старателя было созвучно со словом «сердце»? Сердце. Сколько Ник ни ломал голову, так и не смог припомнить ни одного человека, имя которого хоть чем-то напоминало бы это слово. А какие еще слова могут перекликаться со словом сердце? Стук. Биение. Любовь. Купидон [18]. Страсть. Красный. Кровь.
Ник резко выпрямился. Не может быть, чтобы это оказалось настолько простым?!
Он выхватил из кармана карту с такой поспешностью, что вместе с ней выпали и его зарисовки.
То место, которое Ник искал, на карте обозначено не было, но он примерно знал, где оно находилось. И при желании мог найти его. Когда они доберутся до того крутого холма, называемого местными жителями Блади [19] Бьют, придется еще пару дней хорошенько поискать какой-нибудь опознавательный знак. Ведь не могла же эта старая ведьма Мойра забыть приметить рудник?! Конечно, она его как-нибудь приметила. Скорее всего, она сама наведывалась в район Блади Бьюта во время своих благотворительных поездок по рудникам и оставила там свою примету. Наверное, она сидела в своем руднике и смеялась над чертовым городом, жителям которого никогда, даже одним глазком, не взглянуть, не полюбоваться ее богатством. Но почему она им так и не воспользовалась? Видимо, Мойра и без того была достаточно богата.
Ник невольно подумал о том, что если бы они с Порки Уимсом в ту ночь, много лет назад, получше отделали старика Эда Макбрайда, то не пришлось бы сейчас ломать голову над хитроумными загадками Мойры. Черт бы побрал этого Порки!