Правда, не все были до конца убеждены в подлинности этой находки. Рейнолдс в своем комментарии к Антонину утверждает, что Ричард Сайренсестерский, должно быть, слишком полагался на воображение, когда писал свой труд, но, видимо, и Рейнолдс не подозревал, что речь идет о совсем недавней подделке. Карл Векс, немецкий исследователь, тверже всех был уверен, что рукопись эта подделана. Он доказал, что встречающиеся в тексте цитаты из произведений Тацита взяты из самых последних изданий. Бертрам, однако, нашел убедительное тому оправдание: он заявил, что, переписывая рукопись, вносил туда исправления.
Серьезные сомнения в подлинности рукописи возникали отнюдь не только до середины XVIII столетия. В 1866 и 1867 годах «Джентлменз мэгэзин» опубликовал ряд статей за подписью Б. Б. Вудворда, библиотекаря Виндзорского замка. Вудворд изучил небольшой отрывок, посланный Бертрамом Стьюкли и помещенный им в факсимильном издании «Сообщения о Ричарде». Вудворд заявил, что манера, в которой написан этот отрывок, не имеет ничего общего с манерой XIV столетия и представляет собой смесь стилей разных исторических периодов и, несомненно, современных стилей тоже. Сравнив рукопись с известными образцами письма Ричарда Сайренсестерского, Вудворд обнаружил, что они резко различаются и почерком, и словарным составом, и фразеологией. Вудворд обнаружил также, что латынь, на которой написана работа Бертрама, схожа с той, которая была в ходу в то время, когда была найдена рукопись. Многие слова были употреблены в современном значении, которое не могло быть известно в XIV веке: например, «static» — римское поселение (station) или «supplementum» — приложение (supplement) или дополнение.
В который раз мнение специалистов оказывалось ошибочным: Кейсли безоговорочно верил в подлинность рукописи — он заявил об этом, когда Стьюкли попросил его высказать свое мнение; сэр Ф. Мэдден, изучив образец, приведенный в одном из писем Бертрама к Стьюкли, особо отметил характерные черты письма, укрепившие его убеждение в том, что рукопись подлинная. Мнение Мэддена, хранителя Отдела рукописей Британского музея, конечно, имело больший вес, чем мнение Вудворда, особенно при том, что ему уже противоречили доводы Кейсли. На сторону Бертрама склоняло и то, что впоследствии исследователями было обнаружено несколько дорог, не упоминаемых ранее нигде, кроме рукописи Бертрама. Нашел ли Бертрам упоминание об этих дорогах в доселе неизвестном историческом источнике, или исследователи сами повинны в некоторой недобросовестности — неизвестно, да и вряд ли мы когда-нибудь выясним истину. Но то, что в Копенгагене не было обнаружено никаких следов оригинала рукописи — это, разумеется, говорит не в пользу Бертрама. Несмотря на статьи Вудворда, многие продолжали верить, что «История Римской Британии» — подлинный документ, написанный Ричардом Сайренсестерским, и продолжали им пользоваться как источником в собственных исторических сочинениях. Доктор Джайлз позднее опубликовал перевод этой работы как одну из «Шести английских хроник» в серии «Библиотека древностей» Генри Бона.
Стьюкли умер, так и не заподозрив обмана, и потому мы не в праве предположить, будто история с рукописью — затянувшаяся шутка Бертрама. Благодаря своей исторической находке, Бертрам приобрел известность и занял высокое положение в литературных кругах. «История» была его единственной мистификацией; завоевав успех, Бертрам стал писать под собственным именем. В 1749 году он опубликовал «Рассуждение о великолепии английского языка», в 1750 — «Rudimenta Grammaticae Anglicanae»[17], в 1751 вышла «Этика в воззрениях различных авторов», за которой через два года последовала самая значительная его работа — «Королевская англо-датская грамматика». Вновь его имя появилось в печати семь лет спустя, на сей раз то был датский перевод английского сочинения «О величайших преимуществах благочестивой жизни»; затем в 1765 году он опубликовал еще одну, последнюю работу — «Статистический отчет о датской армии». Знаменитый, с безупречной репутацией, уважаемый всеми литератор умер в 1765 году в возрасте 42 лет. Чарлз Джулиус Бертрам был воистину удачливым мистификатором, но чего теперь стоит история нашего острова?
Уильям Лоудер был одним из выдающихся ученых XVIII века. Он родился в Шотландии, окончил Эдинбургский университет и 11 июля 1695 года получил степень магистра. В юности, когда он однажды наблюдал игру в гольф в Брансфилде, в окрестностях Эдинбурга, с ним произошел несчастный случай. Неверный удар игрока покалечил ему ногу, кость была сломана, а лечили его так небрежно, что ногу пришлось ампутировать. После окончания университета Лоудер получил место ассистента профессора Эдема Уотта, преподавателя латинского языка и литературы в Эдинбурге. Лоудер стал широко известен как знаток латинского языка, он был также весьма сведущ по части древней и современной литературы. Но у Лоудера был серьезный изъян: он люто ненавидел Джона Мильтона и из ненависти попытался доказать, что «Потерянный рай» — плагиат. Не найдя убедительных тому доказательств, Лоудер вступил на путь фальсификации, чтобы достичь своей цели.