Выбрать главу
«Прощай», — сколь часто я стиху шептал! Прощай, гармонии певучий взлёт, Что на земле — божественным слывет, Как долго юность ты мою питал! Сюда, усилья тяжкие ума, Плетение словесного тумана; Законнических лабиринтов тьма Теперь надежда моего кармана. В сумятице улик искать изъяна! Важнейшее открытье наших дней, Для искреннего сердца — оскорбленье! С улыбкой говорю в душе моей: Отдать подачкам гнусным предпочтенье? Нет, пусть нужда, чем в золоте круженье.

В 1816 году Кольер женился на Марии Луизе Пайкрофт, которая родила ему шестерых детей. В 1819 году — тогда он еще работал в «Таймс» — Кольер в своем сообщении неверно передал речь, произнесенную Джозефом Хьюмом в Палате общин, — в ущерб Кэннингу. 15 июня Кольер был вызван в Палату и взят под стражу. Правда, на следующий день покаянное письмо привело к незамедлительному прощению, после сурового выговора от спикера и уплаты штрафа. В том же году в свет вышла первая книга Кольера «Критика виднейших адвокатов, в том числе выступающих в Суде Королевской скамьи, суде общегражданских исков, суде лорда-канцлера и суде по делам казны», подписанная Amicus Curiae[32]. В книге осуждалось, и отнюдь не бездоказательно, ведение дел некоторыми адвокатами, в частности Скарлетом, Мэриетом, сэром Сэмюэлом Шеппардом и сэром Сэмюэлом Ромилли. Несмотря на попытки сохранить анонимность, имя автора вскоре стало известно, и позднее на форзаце своего экземпляра Кольер написал: «Глупо, легкомысленно и губительно для моих видов на будущее, если таковые имелись».

Следующий удар по его планам был нанесен в 1821 году, когда у Кольера возникли разногласия с редактором газеты «Таймс» Т. Барнсом. Кольеру пришлось уйти из газеты и вернуться в «Морнинг кроникл» репортером судебной хроники, а также литературным и театральным критиком и автором передовых статей. Адвокатура стала реальностью для него лишь в феврале 1829 года, когда он уже потерял интерес к этой профессии; он даже отказался от поста полицейского судьи, предложенного ему в 1832 году, а позднее, в 1848 году — и от назначения в суд графства, выхлопотанного ему лордом Кемпбеллом.

В 1820 году Кольер опубликовал «Поэтический Декамерон, или Десять бесед об английской поэзии и поэтах, в особенности о тех, кто жил в эпоху Елизаветы и Якова I»; оказалось, что Кольер знал удивительно много о почти неизвестных поэтах елизаветинской эпохи. Книга стала сенсацией и составила ему имя в литературном мире, том самом, который притягивал Кольера еще со времен его давних встреч с Роддом. Правда, дружеские чувства между ними были в некотором смысле односторонними, так как впоследствии этот книготорговец не преминул воспользоваться неопытностью Кольера. Как-то раз Кольер спросил его мнение об одном из своих приобретений, тиндейлевском неполном экземпляре «Евангелия от Матфея», купленном им во время путешествия по Голландии. Как выяснилось позднее, книга датировалась 1526 годом; по предположению Кольера, это был первый английский перевод Нового завета. Кольер пополнил им свою растущую коллекцию и не вспоминал о книге до 1832 года, когда вдруг решил выяснить у Родда, чего она стоит. Кольер признался другу, что не имеет понятия, представляет ли эта книга вообще какую-то ценность. Родд заявил, что книга эта малоинтересная предложил взамен две-три книги стоимостью около трех фунтов. Кольер согласился, и Родд тут же продал «Евангелие» некоему Т. Гренвиллу за 50 фунтов. Кольер не рассердился на приятеля за обман, видимо, его утешило то, что сам он заплатил за нее всего флорин[33].

За «Поэтическим Декамероном» последовали многочисленные работы, в том числе переводы из Шиллера. Но самым внушительным трудом было двенадцатитомное издание «Старых пьес» Додсли, выходивших с 1825 по 1827 год. Позднее Кольер еще более упрочил свою литературную репутацию, опубликовав «Историю английской драматической поэзии до времен Шекспира и летопись театра до Реставрации», издание вышло в трех томах в 1831 году и содержало много новых ценных сведений, в том числе первые литературные мистификации Кольера. Второе издание вышло в 1879 году, причем издатели отказались изъять подделки, обнаруженные к тому времени. Работа привлекла к Кольеру внимание лорда-канцлера, герцога Девонширского — книга была посвящена герцогу, и за оказанную честь Кольеру было вручено 100 фунтов. К тому времени Кольер получил место у Ричарда Хибера, который предложил Кольеру составить аннотации к ряду книг своей великолепной библиотеки. Кольер с радостью согласился; плодом его трудов стал «Каталог Хиберовской коллекции раннеанглийской поэзии и драмы, старинных баллад и текстов, редких и занимательных книг по английской, шотландской и ирландской истории, а также французских рыцарских романов…»; каталог был выпущен в 1834 году как Часть IV в составе «Bibliotheca Heberiana»[34]. По-видимому, Кольер писал не переставая, — он не только выпускал книги, но еще и сотрудничал в газете. Столь напряженная работа, как видно, скоро стала ему в тягость, о чем красноречиво свидетельствует отрывок из «Дневника старца», относящийся к 1834 году:

вернуться

32

«Друг Суда» (лат.).

вернуться

33

монета в два шиллинга. — Прим. ред.

вернуться

34

«Библиотека Хибера» (лат.).